Анжелика и принц

Орельен приглашал её на одну гальярду и говорил тихонько - ты не думай, при дворе тоже не все хорошие танцоры, там люди разные. У кого-то выходит, у кого-то нет. А ты красивая, ты можешь вообще не танцевать, просто выйти - и всё, уже достаточно. И отказывать в танце всем, кроме Анри, и тех, кому Анри разрешит. Кроме его величества и их высочеств, конечно.

Смешная она, всё-таки. Что, говорит, вот прямо сам король с трона слезет и танцевать пойдёт? Ну а что, захочет - и пойдёт. Она и не представляла себе, что король-то молод, чуть старше Анри, а его братья - и того моложе.

А как она научилась разным магическим действиям - и вовсе любо-дорого посмотреть. Ну да, у неё не всегда выходит точно рассчитать необходимую силу, но это у всех выходит только с годами практики. Лионель говорит, что она молодец, и Жан-Филипп говорит, что она молодец, а они понимают, что к чему, и зря говорить не будут.

Поэтому кто-то, а Анжелика при дворе не пропадёт.

Другое дело, что оставлять замок и окрестности на одну принцессу Катрин страшновато, Жан-Филипп прав. Орельен навещал в столице приятелей и немного их расспрашивал -кому мог случайно перейти дорогу Анри, что ему так активно пакостят в разных частях его владений. Приятели не знали, но это ничего не значит - они, говоря словами Анжелики, балбесы, у них самих никаких владений нет, только родительские, и поэтому они просто не задумываются о таких вещах."

"Тогда Орельен попробовал поговорить со своим наставником господином Арно. Он и так собирался к нему - рассказать про успехи Анжелики, тот интересовался. Впрочем, об успехах Орельен рассказал весьма умеренно - помнил совет Лионеля помалкивать о её настоящей силе. Да, огонь и вода, и может быть что-то ещё. Детальнее - спросить у его преосвященства де Вьевилля, он лучше расскажет. А у Лионеля что-то выспрашивать -себе дороже, на него где сядешь, там и слезешь, и если он не захочет о чём-то говорить -то из него ничего и не вытянешь.

А про возможных врагов Анри господин Арно ничего определённого не сказал.

Но с другой стороны, вот и поглядим - будут ли пакостить в отсутствие хозяина. И насколько крупно.

А ещё любопытно, будут ли в столичном доме Анри таскать Анжелике розы. Тут-то так и не вскрылось, кто это был. Кажется, Анри даже просил кого-то последить на рассвете за Анжеликиными дверями, но - не преуспел. И сама Анжелика тоже в неведеньи - потому что на балу спрашивала, не он ли это, и не Жакетте ли приносит. И ещё показала дивное -пару клочков бумаги, а на них нарисованные розы с огромными шипами. Такие с виду простые рисунки, просто чернилами, но Орельену, скажем, перо не давалось настолько хорошо и красиво, он и писал-то как курица лапой. И он не знал никого, кто бы умел так рисовать.