Анжелика и принц

А Шарлотта начертила на зеркале чары вызова, и в нём появилась принцесса Катрин.

- Рада видеть вас, девочка моя, - сказала принцесса. - Мне уже сообщили о переменах в вашей судьбе, я надеюсь, они к лучшему.

- Благодарю вас, - выдохнула Лика. - Да, к лучшему, правда.

- И чудесно. Я очень рада за вас, и за Жанно Саважа - тоже. Подарок передам при случае, надеюсь, мы все ещё встретимся - не в Лимее, так где-нибудь ещё. Благословляю вас, идите и ничего не бойтесь.

У Лики аж слёзы на глаза набежали, она только и смогла, что ещё раз проговорить слова благодарности. А потом её подхватили под руки Шарлотта и Марго, и повели куда-то, очевидно - в церковь.

Домовая церковь Вьевиллей была ничуть не меньше, чем в Лимее, и тоже очень пафосно украшена. И нехило освещена - нормальными свечами и магическими огнями. Ничего себе, а так можно было?

Господин маршал при параде ждал их у входа, он взял Лику за руку, по его сигналу расступилась стоящая у дверей толпа, и он повёл её внутрь.

Жанно уже был внутри - одет, как принц, даже лучше принца, и - в зелёное, в то самое зелёное, в чём был, когда Лику представляли ко двору. Откуда только взял? За его спиной стояли Эжен Вьевилль, принц Франсуа, Луи д’Эме, все те, кто был с ними сегодня во дворце, и куча незнакомых Лике людей.

Жанно подал Лике руку, и они прошли вперёд, и встали, и вышел Лионель - облачённый, как подобает. И он был умиротворён и краток - а что тут особо говорить-то, если всё уже решено, и нужно просто зафиксировать свершившийся факт?

Так Жан-Филипп граф Саваж, сеньор д’Валантэн, и Анжелика де Безье стали мужем и женой. Стремительно и навсегда - у них же тут навсегда, мамочки, но вдруг это не так страшно?

После был торжественный ужин, и даже немного танцев, а потом дамы вывели Лику из-за стола, и повели в приготовленные для них с Жанно покои.

- Мы поможем вам сейчас с платьем, госпожа графиня, - с поклоном сказала та самая Онорина.

- Думаете, господин граф с ним не справится? - усмехнулась Лика, и все почему-то смутились.

Чего смущаться-то? Тем более теперь, когда их поженили? Но они всё равно взялись разбирать то, что сами перед этим наворотили, и оставили Лику в одной тонкой сорочке, обильно украшенной кружевом.

Когда появился Жанно, дамы с усмешечками исчезли.

- Вот так, роза, кто бы мог подумать? Но теперь ты - моя, ты навсегда моя роза, и это, пожалуй, лучшее, что со мной было, - он взял её за обе руки и улыбался.

- Нетушки, это ты - мой, понял, дикий кот? Только мой и ничей больше! - Лика потянулась и обняла его.

- Меня это устраивает, - он легко коснулся её губ, и принялся расстёгивать многочисленные пуговицы.

- Тебя никто не раздел? - хихикнула она.

- Попробовали бы, - подмигнул он.

Лика принялась помогать - расстёгивать, развязывать, стягивать.