Десерт для герцога

– Вбить ему в глотку все сказанное? – поинтересовался Джек, разминая кулаки, и я едва справилась с соблазном.

– Бить связанного…

– Ничем не хуже, чем бить женщину, – ответил Джек. – Не буду, раз вы так просите. Но господин еще злопамятней, чем наш лорд, так что…

Он осекся, когда с заднего двора вошел Альбин. А я, забыв обо всем, бросилась ему на шею. Ткнулась лбом в плечо, в кожу впились твердые ребра колец хауберка, но мне было плевать. Все кончилось. С плеч словно свалился тяжеленный камень, о котором я и сама не подозревала. Была уверена, что все будет хорошо, строила планы, а на самом деле…

– Такая же шлюха, как и мать, – сплюнул Гильем. – Жаль все-таки, что она не вытравила плод.

Альбин дернулся, но я лишь крепче обняла его.

– Не надо. Лучше скажи, Эгберд и остальные живы?

– Наши все живы и даже почти целы. – Он осторожно расцепил мои руки, отстраняясь. Я, наконец, осознала, что в зале мы не одни, и залилась краской. Хотя поздно уже смущаться.

Альбин придержал меня под руку, усаживая на лавку.

– Пара синяков, пара ожогов, одни сломанные ребра. Эгберд с парнями обыскивают корабль.

Гильем выругался, Альбин усмехнулся.

– Думаю, мы найдем там много чего интересного.

– Очень интересного, – заметил появившийся Эгберд. – Тебе, пожалуй, стоит на это посмотреть.

– Хорошо, – Альбин выпустил меня из объятий, выглянул на улицу. – Парни, приглядите тут кое за кем.

Двор словно разом ожил – послышался говор, смех. В зал зашли трое незнакомых мужчин. Вслед за этими тремя влетели Бланш и Джулия, на миг замерли, точно решая, на ком повиснуть – мне или Филе, но Фил придвинулся ко мне, и сестры стиснули в объятьях нас обоих.

– Хозяюшка, а эля у тебя случайно не найдется? – Джек подмигнул. – Пока господин не видит.

Я окинула взглядом зал, прислушалась к гулу на улице и мысленно застонала. Всю эту ораву надо кормить, а у меня с утра даже вода не согрета! Впрочем, если бы я и была в состоянии готовить, мне бы не позволили заняться едой.

Зал превратился в сущий бедлам. Его заполонили незнакомые мужчины в доспехах и при оружии. Незнакомые же мужчины в просторных рубахах и штанах – кто связан, а кто ранен так, что мог только сидеть на полу, привалившись к стене. Незнакомые мужчины в дворянской одежде – за этими внимательно присматривал Эгберд со своими и еще двое магов – тоже незнакомых. Трое оборванных парней с подживающими синяками на лицах и следами от веревок на запястьях – кто-то сказал, что это рыбаки из деревни, принадлежащей соседнему лорду, но пока их отпускать нельзя, нужно расспросить – нет, что ты, «расспросить», а не «допросить»! – и накормить прежде, чем отпустить.

Кого-то послали в замок за повозками. Услышав это, Гильем завопил, что в телеге он не поедет даже под угрозой меча.