Десерт для герцога

Вот только у этого ангелочка уже сейчас на все было свое мнение, и если при родителях она еще сдерживалась, то брату и сестрам не стеснялась его высказывать. Ей сходило это с рук: свои обязанности по дому и в огороде младшенькая выполняла безукоризненно, да и от других поручений не отлынивала, правда, если считала их глупыми, ворчала все время, пока работала.

Вот и сейчас она сказала:

– Чего переглядываетесь так? Я все знаю. Батюшка наделал долгов, и если мы не найдем способ их вернуть, нас продадут язычникам. У меня есть немного денег, если это поможет.

Глава 12

– Да можно ли в этом доме хоть что-то сохранить в тайне? – воскликнула я.

Фил грозно посмотрел на сестру, но малявка ответила ему спокойным ясным взглядом.

– Я не собиралась подслушивать, но после того, как Ева сказала: «Только не говори младшим» – должна была узнать. Вдруг вы скрываете что-то важное.

– И как, легче стало? – поинтересовалась я.

– Нет. Но лучше знать, чем не знать. Только я так ничего и не смогла придумать.

– Я хочу отправить вас к дяде… – Я помедлила, выуживая из памяти имя.

– К дяде Эйну? – Фил нахмурился. – Они не слишком ладили с мамой. Помню, дядя как-то упрекал, что, выйдя замуж за богатого, она задрала нос и ни во что не ставит родичей.

Задрала нос? Ева помнила женщину, одинаково ласковую и с падчерицей, и с собственными детьми. С другой стороны, натянутые отношения Имоджин с родней объясняют, почему за три года после ее смерти дядя ни разу не собрался проведать племянников. Да и отец в те редкие случаи, когда, выбираясь в город, брал с собой Еву, предпочитал ночевать на постоялых дворах, а не у жениной родни. Ева как-то спросила об этом, но отец только улыбнулся и сказал, дескать, надо же посмотреть, как в городе дела ведут. Может, и перенять чего. Она поверила, она вообще была доверчивой.

– Больше некуда. Вам нужно место, чтобы пересидеть опасность. Если дядя начнет беспокоиться, что вы его объедите, я заплачу.

– У меня есть чем заплатить. – отрезал Фил. – Нам нужно пересидеть? А тебе?

– А я ему никто, но это не главное. Я не собираюсь отдавать на поругание чужим свой дом. Родители положили жизнь, чтобы этот трактир процветал.

Не мои родители, конечно, но сейчас это почему-то казалось неважным. Слишком много труда и сил осталось здесь, а теперь какой-то гад, возомнивший себя божком, придет и все разрушит? Заставит нас жить в людях? Голодать? Здесь не так просто найти работу, иначе не развелось бы столько нищих, чтобы король повелел их просто вешать. Хотя о социальной политике здесь, конечно, слыхом не слыхивали…

– Лучше бы он не был делом их жизни, – все так же мрачно заметил Фил. – Может, если бы батюшка, поняв, что честно денег не заработаешь, остановился, мы бы сейчас не были в такой… – Он осекся.