11
0Она посмела повысить на меня голос и произнесла такие речи, от которых мне хотелось задушить её, вырвать этот дерзкий язык и просто причинить боль, которую причинила она мне своими словами. Я даже не мог припомнить, чтобы меня кто-то одёргивал и уж тем более на меня кричал! Единственный человек, который повышал на меня голос, был мой отец…
«С другой стороны, стоит признать, что крутой нрав ей только к лицу: глаза переливались серебром, несколько тёмных прядей выбились из причёски, придавая её лицу некую трогательность и хрупкость.
Тамара была слишком привлекательна даже для меня. А я уж повидал красивых женщин — да только все они были красивы внешне, а внутри у каждой зияла холодная, даже вымораживающая пустота.
Как сказала Тамара, у меня пластмассовая душа?
Ох, нет, дорогая, у меня есть душа…
Зато образное выражение Тамары как нельзя, кстати подходило моим бывшим пассиям, особенно последней — любительнице бриллиантов и элитных курортов.
- Руслан Германов, так что же, моя помощь нужна или нет? — вернул меня из размышлений врач, Дмитрий.
Мужчина трудился в терапевтической клинике, которую я позволил ему открыть в своём офисном здании, на седьмом этаже за весьма немалую аренду. Но он был счастлив — ещё бы, благодаря моему соседству он заимел высокооплачиваемых клиентов.
— Нет, Дима, это была ложная тревога. Всё в порядке, — сухо ответил ему и махнул рукой, чтобы он оставил меня одного.
— Если что… — осторожно произнёс он, — сразу звоните, Руслан Германович.
Терапевт ушёл.
А я всё не мог прийти в себя от неожиданного поведения Тамары. В ушах набатом продолжали звучать её жестокие слова: «…Вы не отец моего ребёнка… Вы — донор».
Давно не ругался, но сейчас использовал весь свой словарный запас матерных выражений, стараясь прийти в себя от случившегося. Впервые в жизни женщина пошла против моей воли!
Сильно нахмурился, чувствуя, как во мне продолжали расти неудержимое раздражение и гнев на Тамару и на самого себя.
Ну уж нет, всё будет сделано как я планировал.
Достал из кармана брюк телефон и вызвал своего помощника, Артёма.
— Зайди ко мне, — приказал ему, когда он ответил.
Артём появился через пару минут, обвёл недоумённым взглядом пол моего кабинета, на котором продолжали валяться листы неподписанного договора, вздёрнул в удивлении одну бровь.
— Я рад, что вы живы, — заметил Артём с лёгкой усмешкой, устраиваясь в гостевом кресле.
— У меня нет настроения для твоих шуток, — сказал резко и кивнул ему на разбросанные документы. — Собери.
Артём без раздумий выполнил мой приказ и положил папку с документами ко мне на стол.
— Что-нибудь ещё? — в его словах не было издевки, но я прекрасно знал, что иногда Артём меня ненавидел, как например, в данную минуту.
— Да.
