Боярышня Дуняша (СИ)

Но… она посмотрела на обнимавшую её во сне сестру и улыбнулась: зато здесь есть

любящая семья!

И всё же хотелось разобраться с поставленным условием возвращения в свой мир. Сказано

было, что она должна зажечь свет в чьей-то душе, но когда Дуня исполнила повеление, то

возврата не произошло. В памяти всплыли слова, которые она не учла «…а в мире станет

светлее…». Вот, значит, как.

От Митьки, Аксиньи и Петра Яковлевича должны расходиться волны добра! А много ли их

будет? Вот ведь какое хитрое условие! И если цепляться к словам, то ей обещали, что её

будущее будет пересмотрено, а выдернут ли душу из этого тела, чтобы вернуть или нет —

неизвестно.

Дуня почувствовала себя никчемной. Повернется ли к ней ещё раз удача, чтобы она смогла

зажечь в чьём-то сердце счастливый огонёк? Не такое это простое дело, тем более сама Дуня

попала сюда потому, что не сияла для Вселенной светлой энергией.

— Дуняша, — позвала проснувшаяся Маша, — ты как себя чувствуешь? Вчера ты нас всех

напугала… Что с тобой произошло? Ты всё-таки влюбилась в Петра Яковлевича?

— Что? В Петра Яковлевича? — Дуня фыркнула и запрыгнула обратно в постель. —

Подвинься, дай погреться.

— Нельзя разлеживаться: великая княгиня Мария Борисовна ждёт нас сегодня обеих в

кремле. Она хочет, чтобы мы научили её мастериц шить игрушки, а то у княжича только

деревянные.

— Думаешь, ему понравятся наши поделки?

— А почему нет? — Машенька потянулась, а Дуня состроила недовольную рожицу и

поучительно произнесла:

— Наши игрушки красивые, но скучные для мальчишки.

Маша возмущенно раскрыла глаза и хотела уже заступиться за ту прелесть, что они делали, но сестра приложила палец к её губам.

— Тшш, не спугни мысль, — зловеще прошептала она. — Сейчас я её поймаю… за хвостик

уцеплю и… раскручу.

Маша замерла, не смея моргнуть, и Дуня расхохоталась.

— Шутишь? — обиделась сестра, но сестра помотала головой и спешно начала одеваться, тараторя:

— Мне тут такая обалденная идея в голову пришла, но я не представляю, как всё сделать.

— Это как твой вездеход?

Дуня укоризненно посмотрела на Машку, но та по-доброму улыбнулась и открыла секрет:

— Отец долго сидел и смотрел, что ты рисовала для Петра Яковлевича, а потом решил

сделать такие ленты на колеса для телеги.

— А зачем?

— Как зачем? Он же по княжьим делам по всему великому княжеству мотается и постоянно

что-то перевозит. Вот чтобы не застревать в грязи…

— Хм, так значит, не зря я трафарет для деталек вырисовывала и резала?

Маша засмеялась и выдала ещё одну тайну:

— А ты знаешь, что дедушка заинтересовался твоими трафаретами и велел вырезать на

плотной бумаге верхнюю часть любого письма, которое шлют от имени князя.

— Э, не поняла.