Боярышня Евдокия 4

— Вон дед боярышни Евдокии приехал с какой-то жёнкой, — мотнул подбородком сотник.

— То жена его сына, боярыня Милослава, — ответил ему Вихря.

— И чего им всем у нашего князя надобно? — вздохнул воин и направился восвояси.

Евдокия, как только увидела деда, бросилась к нему, надеясь услышать новости. Но дед лишь раздраженно мотнул головой :

— Ничего подозрительного не видел.

— А князь тут сидел и лыбился, как… хм! — у нее не нашлось слов и она пояснила как могла. — Одно дело на заутрени всплакнуть от избытка чувств, а другое здесь сиять улыбкой, когда морды бьют, — гневаясь и одновременно недоумевая, ябедничала Евдокия.

— Ты при матери такое не скажи! И вообще держи язык за зубами.

— Да мне обидно за князя! Узнаю, кто ему так мерзко гадит, изведу!

— Не распаляйся, — осадил её дед. — Пойдём, Милослава уже вернулась к саням,и Ванюшка бежит. Я смотрю, вы с ним тут не успели замерзнуть.

— Ой, деда, нам жарко.

— Тем более поехали, а то сейчас жарко, а потом сопли.

Как назло из носа потекла водичка и Евдокии пришлось пошмыгать носом, прежде чем она достала платочек.

— Заедем на рынок за пряниками и в харчевню, — предложила она.

— А в харчевню зачем?

— Оплатить застолье Гаврилиной команде.

— Зачем?

— Ну, деда… хочется, чтобы у воёв был праздник. Они же на чужой территории победили.

— Как знаешь, но твои деньги не бесконечны. Твой Фьораванти заказ у Кошкина-Ноги сделал, тот посыльного прислал, уточнял оплатишь ли ты всё.

— Оплачу. Я ему уже говорила! Зачем он тебя беспокоит?

Еремей Профыч укоризненно посмотрел на внучку, но увидев Ванюшку, улыбнулся.

— Вот кто у нас лишней чешуйки не потратит! Рачительный хозяин растёт.

Дуня тяжко вздохнула, вспомнив, как она торговалась с братом за его помощь по координации болельщиков. Он требовал за руководство над ними два кулька пряников, но она напомнила ему, что скоро ей стоять за его команду и сошлись на одном прянике, но большом. Ей захотелось проучить Ванюшку, но ничего путевого в голову не приходило."

"Глава 28.

Евдокия проводила взглядом Петьку, гордо вышагивающего с тяжеленным ведром. Ей казалось, что его фигурка сейчас переломится, не выдержав ноши, но мальчишка шустро скрылся на мужской половине. Вскоре она вновь увидела его, спешащего к колодцу.

— Тебя опять наказали? — удивилась боярышня. — Неужто велели воду таскать?

— Не! То есть да, но не таскать, — просиял Петька.

— Это как же? — засмеялась она.

— Мне сказали помыть полы в княжьей горнице вместо Митрошки. Он ленится под кровать залезать и в углах грязь оставляет.

— Ого! Значит, твою работу при входе оценили и больше не гонят с княжьего двора?

— Ага! — кивнул Петька и, спешно поклонившись, побежал дальше.

Евдокия готова была сама взяться за уборку в княжьих покоях, лишь бы посмотреть, что там да как.