Чертов нахал

В груди все сжалось. К горлу подступила тошнота. Выброс адреналина.

О, черт!.. Черт, черт, черт!

Еще никогда в жизни у меня так не колотилось сердце. Я услышал ее голос за своей спиной.

– Мой друг пришел в офис поговорить со мной и случайно смахнул локтем кофе. Залил весь стол.

Вот ведь лох гребаный.

– Как жаль. Позвольте приготовить еще одну порцию за счет заведения.

– Спасибо огромное, Мелани. Я очень ценю твою заботу.

Мне казалось, что на меня вот-вот обрушатся стены. Звук кипящего молока казался оглушительным. Я обдумывал, удастся ли мне, повернувшись лицом к стене, медленно проскользнуть, чтобы оказаться за ее спиной, а там и до двери недалеко. Но не успел я начать осуществлять этот маневр, как раздался голос парнишки, готовившего мой напиток:

– Чэнс!

– Ты сказал «Чэнс»? – переспросила Обри.

В этот момент я находился как раз за ее спиной.

Тут Мелани, которая, вероятно, думала, что Обри – предмет моей безответной романтической страсти, вдруг решила, что наступил благоприятный момент выступить в роли сводницы, и выдала меня.

– Чэнс – это тот парень, который платил за твой кофе на днях. Между прочим, он сейчас здесь.

Обри крутанулась назад так быстро, что ненароком наткнулась на поднос со стаканчиками для кофе-гляссе и они, как домино, попадали на пол.

Но она как будто и не заметила катастрофы, которую сотворила, и теперь стояла, уставившись на меня и прижав руку к груди, как будто защищая сердце.

Я сдернул бейсболку и, глядя на Обри умоляющими глазами, прошептал:

– Принцесса…

У нее было такое выражение лица, как будто она увидела привидение. Обри медленно качала головой, словно пытаясь сказать: «Этого не может быть».

Я шагнул к ней.

Но она вытянула руку, останавливая меня.

– Нет! Не смей приближаться ко мне!

Мое сердце ухнуло куда-то вниз, а кишки скрутились в тугой узел.

Я совсем не так представлял нашу первую встречу.

Поднимая обе руки, я произнес:

– Не буду. Но, пожалуйста, выслушай меня.

– Ты следил за мной?

– Это не совсем то, что ты думаешь…

Мы оба замолчали. Осознавая всю глубину своего унижения, я наклонился и принялся собирать стаканчики, которые она сшибла.

Сгорающая от любопытства Мелани заговорила из-за прилавка:

– Ну почему бы вам и не выслушать то, что он хочет сказать?

Грудь Обри тяжело вздымалась. Наконец, она нарушила молчание:

– Можно задать тебе вопрос, Мелани? Если бы парень заставил тебя поверить, что ты ему небезразлична, потом трахнул тебя и бросил на следующее же утро, даже не удосужившись написать прощальную записку, ты бы стала выслушивать его?

– Возможно, и не стала бы. – Мелани засмеялась, а потом добавила: – Но если бы у него была задница, как у Чэнса, тогда бы еще подумала.

Все другие кассиршы дружно захихикали.