Дерзкое предложение дебютантки

Разве не из-за его тусклости она сделала ему предложение? Считая, что в его жилах текут чернила, а не кровь, и потому ей не стоит опасаться, что он надругается над ней?

— Прежде меня никогда не беспокоило, — признался он, когда они тронулись, — какого мнения обо мне другие люди. Но я не хочу, чтобы ты считала, будто я… хоть в чем-то неполноценен. — У него над верхней губой выступили капельки пота от осознания, что он только что почти признал, сколь не по душе ему то, каким он предстает в глазах Джорджи. Как и ее надежды на бесстрастный союз, в котором ему, вероятно, отводится роль брата. К счастью, он вовремя спохватился. Нельзя напугать Джорджи рассказами о том, как временами вскипает его кровь, особенно когда он думает о ней. Или смотрит на нее.

— Эдмунд? — Во взгляде Джорджи читалось беспокойство. — Ты ведь понимаешь, я бы предпочла, чтобы ты оставался самим собой, а не пытался подражать кривляньям глупцов, считающих себя щеголями. Хотя на самом деле, — добавила она, презрительно скривив губы, отчего Эдмунду сильнее обычного захотелось их поцеловать, — «щеголи» — хорошее слово для описания подобных людей, любящих красоваться и кататься с ветерком в своих высоких фаэтонах, распугивая ничего не подозревающих прохожих. Они же участвуют в скачках в Брайтоне, чтобы выиграть какой-нибудь дурацкий спор. Или наряжаются, точно павлины, и прогуливаются с самодовольным видом, ожидая, что все встречные дамы от восхищения попадают в обморок. — Дыхание ее участилось от перечисления собственных взглядов на мужчин подобного рода.

Эдмунд же почувствовал себя еще более приниженным, чем когда сажал Джорджи в ландо своей матери.

— Да, — ответил он ничего не выражающим голосом, — я счел бы подобное поведение несерьезным.

— Вот именно, — с одобряющей улыбкой подтвердила Джорджиана. — Ты не пересыпаешь речь дурацкими неискренними комплиментами о том, какие красивые у меня волосы или как ярко блестят глаза, при этом ни разу не оторвав взгляда от моей… — Она указала себе на грудь.

Как же в таком случае она восприняла сделанные им самим комплименты? Что почувствовала, когда он сказал, что она выглядит превосходно в том платье, что едва не спадало с ее плеч?

— Так ты бы предпочла, чтобы я не делал тебе комплиментов? Не хотелось бы говорить то, что тебе… неприятно.

Она бросила на него странный взгляд и отвернулась, чтобы посмотреть на витрины магазинов, выстроившихся вдоль улицы, по которой они ехали.

После короткой паузы, во время которой Эдмунд сидел затаив дыхание, Джорджиана снова повернулась к нему.

— Ты не сделаешь мне неприятно, Эдмунд. Потому что я знаю, что ты всегда говоришь только то, что имеешь в виду.

— Верно, — выдохнул он.