Дерзкое предложение дебютантки

Глава 13"

"Переминаясь с ноги на ногу, Эдмунд ожидал очереди войти на благотворительный бал леди Чепстоу. Одновременно он пытался убедить себя, что действует из благих соображений, хотя в действительности ему не было ровным счетом никакого дела до малоимущих гувернанток, или на чьи там нужды сегодня собирают деньги. Ему просто хотелось снова увидеть Джорджи. После разговора в Музее Баллока о том, что он чувствовал, когда мать отправила его в ссылку, он корил себя, что так и не спросил, почему так и не состоялась их переписка.

Он практически обвинил Джорджиану в трусости и нежелании взрослеть, хотя сам не решился поговорить начистоту. Потому что не был уверен в результате. Ведь она могла разозлиться, или почувствовать себя уязвленной, или испытать такие же глубокие чувства, что обуревали его самого. Возможно, даже ударилась бы в слезы прямо в музее.

Поэтому он, не придумав ничего лучше, перевел разговор на ее потенциальных поклонников. И это когда вокруг нее и без того крутится слишком много мужчин, пускающих слюни от одного ее вида!

Эдмунд вложил свой билет в руку леди Питерс, горгоны, сторожащей вход в Дюран-Хаус, и поспешил пройти дальше, не слушая ее тирад о землях, которые будут приобретены на собранные за счет сегодняшнего мероприятия деньги.

Ему нужно увидеть Джорджиану, чтобы…

Он и сам не вполне уверен зачем. Испытывая отвращение к самому себе, он взбежал по лестнице, ведущей в бальный зал. Похоже, что с тех пор, как Джорджиана сделала ему вопиющее предложение, он пересмотрел все свои жизненные принципы. Он мог бы приехать в Лондон с намерением доказать, что он лучше, чем она о нем думает, и помочь ей заключить брак, о котором она просила, а что сделал вместо этого? Намеренно разрушил представившийся ей прекрасный шанс, предупредив ее мачеху о склонностях лорда Фреклтона, вот что.

Он вошел в бальный зал в тот самый момент, как оркестр доиграл мелодию, и стал искать Джорджиану глазами среди возвращающихся на свои места пар.

И увидел. С Истманом. С Истманом! Разве он недостаточно ясно предупредил ее насчет этого распутника? Очевидно, нет, поскольку в этот самый момент Истман склоняется над рукой Джорджианы. А мачеха одобряюще улыбается подлецу, в то время как улыбка самой Джорджианы вежливая, но вымученная и явно дается ей с большим трудом.

Потом Истман удалился в направлении комнаты для карточных игр, а Джорджиана так и осталась сидеть с крепко сжатыми губами и напряженными плечами.

Эдмунд подошел к ней.

— Что он тебе сказал?

Джорджиана заморгала, будто не понимая, о ком речь.

— Тебе отлично известно, о ком я говорю. Об Истмане, — уточнил Эдмунд.

— Ничего, что я хотела бы повторить, — призналась она, опуская голову и принимаясь рассеянно теребить свой веер.