Дочь предателя. Баллада Пепла и Льда

– К утру заживет, – заверил меня Тайлер, нанося заживляющее снадобье.

– Сколько сейчас времени? – опомнилась я.

– Глубокая ночь. Около трех.

– Ого… Никто не удивится утром, увидев посреди арены дохлого гримса? – Я кивнула на пиявку-переростка, валяющуюся на песке.

– Полагаю, князь Лэггер позаботится о том, чтобы скрыть следы, – процедил Тайлер, сжимая челюсти.

Он убрал баночку с мазью в карман и решительно оторвал от своей рубашки полоску ткани, чтобы использовать ее для повязки. Плотно перемотал мне руку – уверенно и в то же время бережно, стараясь не причинить лишней боли.

– Я не ментал и не зеркало, – сказала я, хотя Тайлер ни о чем не спрашивал: он думал, что мне пока тяжело вспоминать подробности боя. Но мне, наоборот, хотелось выплеснуть накопившееся напряжение. – Ты не представляешь, что я узнала!

И я выложила все без утайки: больше ничего не буду скрывать от Тайлера. С каждой секундой, с каждым словом я распалялась все сильнее. Эмоции накрывали с головой. Подумать только – Лэггер любил мою маму! Наверное, и к казни отца приложил руку!

– Понимаешь, Тай, я для него не просто девчонка с запретным даром – мало ли их училось в Академии за эти годы! – Я захлебывалась чувствами и словами. – Я живое доказательство их любви. Того, что Гвен выбрала не Вальтера, а Кайла. Но все-таки я ее дочь, ее продолжение. Больше-то ничего не осталось! Спокойной жизни он мне точно не даст!

Я вскочила на ноги и принялась ходить туда-сюда перед барьером и застывшим Тайлером, который внимательно меня слушал и не перебивал, хотя, наверное, мои признания звучали бредово.

– Я и Вееле рассказала о дарах, которые связаны с прорывами. Про то, что ее отец, скорее всего, ищет ткача… Зря. Теперь он знает, что я знаю… Хотя теперь-то какая разница.

Внезапно меня будто молния прошила, я остолбенела.

– Тайлер! Что будет утром! Ты испортил ему игру!

– Он сказал: поговорим, – небрежно бросил Тайлер, словно не понимал, что из уст князя «поговорим» приравнивалось к «тебе не жить».

Кого я обманываю: все он понимал, но щадил меня, притворялся, что все отлично.

– Вот теперь мне страшно до жути, Тай! – призналась я.

– Ничего не бойся, – тихо сказал он.

Он поймал меня, мельтешащую туда-сюда, как маятник, за руку и мягко притянул к себе, поставил между разведенных коленей, а я обняла его за шею, в отчаянии глядя на его спокойное лицо.

– Не так-то просто избавиться от неугодного кадета. Что он сделает? Вызовет меня на бой? Абсурд. Наймет убийц? Бред.

– Устроит показательный бой, – прошептала я, припоминая несчастный случай с выпускником прошлого года. – Подсунет тебе жуткую тварь.

– Которую я одолею без труда. Я мерцающий и оградитель. Меня не так-то просто укокошить.

Я вздохнула с сомнением, но и с капелькой облегчения.