Долг платежом красен

Отскочив, чтоб не придавил, я уставился на него во все глаза. Он что, сознание потерял?! Не понял! Какая-то неадекватная реакция на детскую выходку. Но, обратив глаза на магистров, понял, что у нас не один на грани обморока, к нему, похоже, решили присоединиться и эти двое. Я обеспокоенно начал помахивать ладонью перед глазами офигевших мужиков:

— Алле, алле, мужики, в чем проблема? Вон травка зеленеет, птички поют. Хотите, я вам тоже спою?

— Не-э-эт! — взревел Арни, закатывая глаза.

Мы с Крис рассмеялись, а магистры стали приходить в себя. В их глазах явно загорелось любопытство.

Я, сделав обиженное лицо и надув губы, капризным тоном произнес:

— Вы только пре-эдставьте себе, он не хочет, чтоб я пе-эла. А всем, между прочим, нравится.

И вот тут сидевший на траве Арни взвыл. Сгреб меня в охапку, бросил себе поперек колен и начал шлепать по заднице. Теперь пришлось взвыть мне:

— Идиот! Придурок! У тебя же руки железные. Прекрати немедленно! Не смей бить ребенка!

Он резко прекратил меня шлепать и опустил руки. Не глядя на него, я поднялся, отошел подальше и сел на траву, обхватив ноги руками и положив голову на колени.

До чего же неприятные ощущения, когда тебя бьют, а ты ничего не можешь поделать! Надо больше внимания уделять уворачивательным упражнениям. Ведь самое главное в учебе для нас — не чтоб мы «их» победили, а чтоб нас никто не тронул.

Реакция Арни мне была совершенно непонятна. Я вел себя как ребенок, в смысле, как и выглядит это тело, но он так странно на это среагировал… Но не расставаться же из-за этого с ним. Магистр Жаколио слишком стар, чтобы сопровождать нас везде, куда бы мы ни надумали поехать. Арни же в самый раз. Ему уже двадцать пять, благородное лицо и манеры.

Правда, не все, вспомнив недавнее шлепанье и ругань, поправился я. Он мог бы представлять нас на любых переговорах. С подростками никто разговаривать не будет. А вот с ним — кто угодно.

— Прошу простить меня, госпожа, я преступил грань дозволенного. Я должен уйти. Прощайте, — вдруг из-за частокола размышлений донеслось до меня.

Очнувшись, я посмотрел в сторону Арни, который уже встал и, опустив голову, разворачивался в сторону ворот.

— Эй! Эй! Не поняла! Ты куда это уходишь? Ты что, бросаешь нас?! — закричал я вдогонку.

Он остановился и поднял на меня удивленные глаза.

— Но я же… — промямлил «телоноситель» и замолчал.

Все замерли в ожидании. Магистры смотрели на нас улыбаясь, мои же парни — серьезно.

— Я ничего не понимаю. Что случилось? Что я делаю не так? Скажи, что тебя сильно обижает, и я постараюсь так не делать. Я хочу, чтобы ты остался с нами, — слегка нахмурившись, произнес я.

— Ох, Ли! С тобой и яда не надо, любого до могилы доведешь своим поведением, — с видимым облегчением воскликнул прощенный и бросился ко мне.