Двойное счастье генерала Сокола

И то и другое для меня непонятно, потому что я не претендую на ее личную жизнь и не собираюсь в неё влезать.

У меня есть только единственная причина, которая связана со Светланой, - это моя дочь.

И в этом вопросе я буду упорен и непримирим.

Мне нужно общение с дочерью.

Именно об этом по дороге в управление я и разговариваю с одним из лучшихадвокатовстолицы:

- Да, Элен Дантовна, пытался договориться. Но, увы, не получилось. Уперлась, хоть ты тресни. Точно уверен, дочь моя. Все визуальные признаки налицо…

- Дорогой, Андрей Иванович, визуальные признаки к заявлению не приложишь, - спокойно и уверенно объясняет мне Мазай. - И я такими вопросами не занимаюсь. У меня все больше уголовка. Хотите посоветую Вам хорошего адвоката по гражданскому праву. В моем бюро отличные специалисты. Можете приехать ко мне, я вас познакомлю. Идёт?

- Нет, Элен, так не пойдёт. Мне нужны именно и только Вы, - говорю категорично и даже излишне эмоционально.

- Хорошо. Поняла, - мягко и корректно отвечает Мазай. - Что конкретно Вы, Андрей Иванович, хотите от матери девочки? Да, и нам для установления родства потребуется результат теста ДНК.

- У меня есть немного волос малышки. Я уже отвёз их на генетичаскую экспертизу, - пока говорю, слышу, как Элен хмыкает, но не уточняю по какому именно поводу. - Требование пока простое. Установление отцовства. Совместная опека над дочерью. Ну, и встречи с Викторией по договорённости с её матерью и даже в ее присутствии.

На последнем пункте, который озвучиваю, делаю паузу. Несколько секунд думаю. Элен меня не торопит.

- Если женщина станет упираться, то я буду вынужден настаивать над единоличной опеке над ребенком, - выдыхаю жестко без тени сомнения в голосе.

На мгновение в эфире повисает тишина. После слышу, как Мазай откашливается.

- Хорошо. Поняла, Андрей Иванович. Приезжайте ко мне в офис, как получите результат теста ДНК. Он, конечно, для суда нелегитимен, но все для подтверждения наших требований очень даже будет к месту, - поясняет Элен и продолжает перечислять то, что мне нужно будет сделать и какие документы предоставить.

Попрощавшись, снова думаю о Светлане и Вике. На первую сержусь, а вот мысли о малышке согревают мое сердце.

Снова останавливаю себя, чтобы не рвануть в госпиталь к Свете, не прижать её физически и морально, не отыметь на столе и не выбить из неё вместе со стонами слова согласия.

Прошло столько лет, но я до сих пор помню, как мне было хорошо с ней.

Я видел и чувствовал, как возбуждение и эмоции захлестывают и рвут её.

- Стони, малышка, - прошептал я ей на ушко, – стони.

И начал покрывать поцелуями её веки, лоб, скулы, щеки, зарывался лицом в мягкие, сладкие, как яблоко, волосы.

Целовать девушку было сплошным удовольствием.

Особенно пухлые губы.