Я до сих пор не царь. Книга XXVII

Никогда прежде его не видел, но сразу понял — это не просто магический артефакт. Это хищник. Опасный. Послушный лишь одному Михаилу.

Первым сорвался с места Гото Рюдзи, восточный стрелок и лучший снайпер среди ронинов. Рука мгновенно метнулась к револьверу, но одна из парящих деталей резко дернулась и ударила по оружию, сбив прицел.

Михаил и не думал нападать. Он сделал лишь шаг вперёд — легкий, почти танцевальный — и мечом подсек Гото под колени.

Тот рухнул навзничь, охнув:

— Оу…

— Минус один, — тихо пробормотал Кацухиро.

Следом, как снаряд, вылетел Хиномару Зумо — гигант, больше похожий на живой танк. Земля дрогнула от его рывка. Асфальт растрескался под пятками. Он мчался, уверенный, что сметет Михаила, словно щепку.

Но Михаил скользнул под ним, вынырнул с другой стороны и вновь в дело пошли металлические элементы: они сложились в ступеньку, и Хиномару, не ожидавший подвоха, споткнулся.

Одного движения Михаила хватило, чтобы ухватить исполина за ногу и опрокинуть на спину.

Кацухиро наблюдал, раскрыв рот. Это не бой, это искусство. Танец. И Михаил — дирижер. Теперь понятно, почему Император выбрал именно его.

На арене остались двое: Хильда, воительница, и Мадока Магика, боевая волшебница. Опытные, опасные. Переглянулись и без слов начали действовать.

Мадока встала позади, подняла посох и наделила подругу временным усилением. Мышцы Хильды напряглись, тело стало шире, выше. Ее секира описала в воздухе дугу, оставив за собой огненный круг. В то же мгновение ведьма выпустила в Михаила разряд молний.

Он лишь вытянул руку и принял удар на себя. Все замерли. Даже ронины не скрыли удивления.

Хильда зарычала, сжала секиру и бросилась в атаку. Ее глаза полыхали яростью, кожа наливалась алым, будто раскаленный металл. Но Михаил… исчез. Или почти.

Он вновь оказался позади и мгновенно сократил дистанцию до волшебницы. Та, растерявшись, попыталась отступить. Михаил перехватил меч — взялся за лезвие и гардой, точно как хирург скальпелем, подцепил пятку девушки.

А затем аккуратно подхватил ее, не дав упасть.

— Упс. Осторожнее! — сказал он, улыбаясь. — Вы оступились.

Он мягко опустил покрасневшую Мадоку на пол.

Осталась только Хильда.

Михаил повернулся к ней и спокойно двинулся навстречу. Та взревела, как раненый медведь, и обрушила шквал яростных ударов. Бетон разлетался в стороны, как щепки.

Кацухиро наблюдал, не в силах отвести взгляд. Михаил отбивал каждый удар. Ни разу не задействовав питомца. Тот продолжал кружить в воздухе, словно металлический рой пчел.

Наконец, Михаил подошёл вплотную. Хильда тяжело вздохнула.

— Сдаюсь, — сказала она и опустила секиру.

* * *— Вы были сильны.

Я поднял руку, и Болванчик спрятался в кольце, сделав круг почета. В конце он сложился в знак мира.

— Не ври, — произнес ковбой.