Я подарю тебе ребёнка

Говорит быстро, отчитывает каждого довольно грубо, особо не разбираясь, есть прорехи по отделу или нет. Неприятно, но мы все уже привыкли.

Дальше он, выговорившись, чуть успокаивается и мы, наконец, приступаем к нормальное работе. Он обозначает задачи, даёт распоряжение всё досконально проверить по документации. Илью и финдиректора просит задержаться, чтобы обсудить какие-то детали, а остальных распускает. Не по домам, конечно. Предварительные отчёты ему нужны уже через два часа.

Когда выхожу в коридор, вздыхаю с облегчением. Душно было, аж голова начала кружиться.

Надо выпить воды, постараться сконцентрироваться, чтобы быстрее сделать работу на сегодня и уехать домой. Наконец отдохнуть.

Отчёт делаю с перерывами на перекус, потому что после обеда начинает немного тошнить. Надо бы поесть полноценно, но работы осталось на час максимум, что уже дёргаться.

Отсылаю по электронке шефу всё, но через две минуты получаю короткое сообщение.

«Зайди»

Голос он повышает сразу с порога. Отчитывает так, будто я двоечница-школьница.

— В твоём отделе бардак! — вопит босс. — Я сокращу половину, оставлю одну только секретаршу! Справляйся как хочешь!

Что ему не понравилось, я толком и не поняла.

Он любит цепляться просто так. И несмотря на то, что шкуру я себе давно отрастила, понимаю, что сейчас она вдруг стала такой тонкой, что меня зацепило. И сильно. Работа — это не то место, где нужно обижаться и дуть губы. Отстаивать себя — да, но не обидки взращивать. Но вот я сейчас чувствую именно её. Хочется спрятаться где-нибудь в кладовке, обнять коленки и расплакаться.

Однако выслушиваю я всё молча, не спорю. Только бы быстрее отсюда уйти.

И когда, наконец, шеф меня отпускает, бегу я не к себе в офис, а в туалет, где извергаю все остатки скудного перекуса, что проглотила час назад. Желудок сжимается так, что кажется, будто от напряжения рёбра внутрь сломаются. Вдохнуть нормально получается только через минуту-две. Тошнота отступает так же внезапно как и началась, но дрожь в руках такая сильная, что я даже пуговицы на блузке застегнуть не могу.

Кое-как привожу себя в порядок, умываюсь, поправляю волосы. Из соседней кабинки выходит коллега из другого отдела.

— Всё хорошо? — интересуется с мягкой улыбкой, тоже подходя к раковине.

— Да, порядок. Перенервничала.

— Шеф умеет сделать так, что любой перенервничает, — кивает сочувственно.

Только сочувствия во взгляде ноль. Скорее любопытство. Но мы и не подруги, чтобы искренне друг друга жалеть. Достаточно и вежливости.

Возвращаюсь в офис и завариваю себе чай. В столе лежит пачка солёных крекеров, и мои мысли сейчас только о них.

Но едва я успеваю укусить один и сделать глоток чая, как ко мне в кабинет без стука врывается Илья.