Я тебя верну. Настоящая семья для олигарха

Тебя это бесит? Хотя, тебе даже штамп в паспорте не мешает гулять направо и налево!

Глаза Байратова темнеют, а в следующее мгновение он впивается в мой рот жадным поцелуем.

Это похоже на погружение под воду, причем без подготовки и без кислорода. В ушах рев, голова кружится, все расплывается.

Я даже не знала, что можно целовать вот так. Грубо и жадно, с невероятной страстью, на которую мое тело отзывается отчаянной потребностью. Что делает меня совершенно растерянной и покорной. Я теряюсь, пропадаю в этом бешеном напоре. Каждая клеточка трепещет, горло перехватывает от возбуждения.

Грубая щетина больно царапает кожу, но в то же время, это добавляет еще один безумный ингредиент в дикий коктейль происходящего. Таир сжимает меня в объятиях до хруста, вырывая из горла приглушенный жалобный стон. Чуть подается назад, дает вдохнуть немного. Наши глаза встречаются. Я тону в его темных огненных омутах…

Почти на физическом уровне ощущаю, как между нами протягиваются прозрачные нити – обманчивые, но крепкие, будто жгутами держат. Так же цепко, как и его пронзительный взгляд.

Новый поцелуй обрушивается, словно продолжится все это как в прошлый раз, в бунгало.

Он даже не сомневается в этом!

Все это неправильно! Я должна оттолкнуть его. Байратов женат, я не могу просто забыть об этом. Это унизительно!

Эта мысль отрезвляет и возвращает к реальности. Начинаю изо всех сил вырываться, отталкивать.

– Хватит, прошу, Марина. Я не могу больше без тебя… На этот раз все будет по-другому, клянусь, – бормочет глухо.

– Ты женат! – толкаю его в грудь.

– Осталось недолго…

– Но пока есть этот статус, не смей больше… касаться меня!"

"Замираем друг на против друга.

Вот только руки Таира так и лежат на моей талии. Не отпускает меня. Чувствую пустоту и отчаяние. Зачем я вспомнила о Дине? Теперь хочется сжаться в комок, тихо поскуливая. Да, я ревную. До этого момента удавалось скрывать от себя, не замечать сей факт. И вот отчетливо понимаю, что не справляюсь с этой ситуацией! Уже готова рассыпаться от всего, что происходит. Хочется сбежать как можно дальше от всего этого.

– Хватит, Таир! – кричу ему в лицо. – Хватит унижать меня, доканывать! Устраивать сцены ревности. Я уеду, уволюсь!

– Прекрати, успокойся, – хрипло произносит Байратов.

– Это будешь говорить жене! Уходи, оставь меня в покое. И не приезжай сюда больше. Будешь видеть сына на нейтральной территории.

Ничего не отвечает. Не отпускает меня, вырываться – лишь новая провокация. Меня душат слезы.

Но тут в дверь осторожно стучат, и мы оба отшатываемся друг от друга.

– Мариночка, с тобой все в порядке, дорогая? – раздается голос Светланы Федоровны.

Отскакиваю от Таира, открываю дверь.

– Да, все хорошо.

– Я вернулась, извини что так поздно.