Я выбираю быть твоей

Мужчины смотрят друг на друга тяжёлыми взглядами, и мне отчётливо кажется, что между ними происходит молчаливый диалог. Вот точно происходит. И именно сейчас. Притом, кажется, не самый мирный.

— Говоришь, не терял? — поджимает губы император. — А что по этому поводу думает сама девочка? — и добавляет ровно: — Как ты понимаешь, Рокадо, по закону Лаярэ в своём праве, требуя её себе. Мне нужны очень веские доказательства вины молодого Эска, чтобы отобрать наследника у целого рода.

— Несомненно, — склоняет голову Рок. — Я, как опекун Соломии, первый, кто требует соблюдения всех законов.

Опекун? Серьёзно? А мне даже не сказал. Но звучит это как-то… обнадёживающе. Опекун — это уже что-то очень похожее на законного представителя, так что я совершенно не против, поскольку сомневаюсь, что имею сильно много прав в этом чужом мне мире.

— Значит, опекун, — хмыкает хозяин кабинета и всей империи заодно. — Ты, как всегда, не теряешь времени даром. Я так понимаю, что без твоего согласия, юная сьера и воспоминания мне свои не сможет показать?

И об этом я не знала. Изо всех сил стараюсь не выдать своего удивления, но у меня, судя по всему не очень получается, слишком уж цепким становится взгляд его величества.

"— Мия, вы ведь позволите вас так называть? Рад нашему знакомству, — завладевает моей рукой император. Даже если бы я возражала, вряд ли бы решилась это озвучить. А он тем временем кладёт мою ладонь себе на локоть, увлекая к камину и обустроенной там зоне отдыха с мягкими креслами. — Предлагаю вам присесть, нам предстоит длинный разговор. Рок, вижу, что приказывать тебе оставить нас наедине бесполезно, так хоть не вмешивайся. Я хочу услышать, что скажет твоя подопечная.

— Конечно, Арид, — согласно склоняет голову мой спутник, и как оказалось опекун, что бы это не значило. Сжимает мою ладонь на долю мгновения и отпускает. — Мия, ничего не бойся. Тебе никто и ничто не угрожает.

Мне остаётся лишь последовать за его величеством, беспомощно оглянувшись на адамира.

Спустя минуту я уже оказываюсь сидящей в глубоком кресле, лицом к лицу с устроившимся напротив императором. Пришёл час допроса.

— Мия, скажите, вы просили адамира Шаера о покровительстве?

Эм, и что мне отвечать, чтобы правду и Рока не подставить? Тот, кстати, сидит на диванчике в стороне.

— Я просила его о помощи и защите. И спасении моего ребёнка.

— А ментальные блоки, поставленные адамиром Шаера? Вы добровольно дали на них согласие?

— Да, — без тени сомнений говорю правду. Давала ведь. Больше того, сама просила.

— Что ж, благодарю, что подтвердили законность действий вашего опекуна, Мия.