Измена. Я отомщу тебе, предатель (СИ)

У тебя была больная температура, не могли сбить. Не волнуйся, сейчас уже все хорошо.

Он говорит, что все хорошо, а у меня начинают течь слёзы из глаз. Задаю самый важный вопрос:

— А что с ребёнком?

— Все хорошо. Но надо понаблюдать несколько дней, высокая температура могла…, — Платон пытается подобрать подходящие слова, — нехорошо отразиться, но врач сказал, что на таком сроке вирусы не страшны.

Платон вытирает пальцами мои слёзы:

— Ир, прости, не надо было никаких экскурсий, надо было сидеть на одном месте и побольше отдыхать.

— Я могла бы подцепить вирус где угодно, ты не виноват.

Платон опускает голову. А я вспоминаю свой бред и спрашиваю:

— Я говорила тебе, что мы не можем быть вместе?

— Ты много всего говорила, когда температура поднялась, я многое не понял, только испугался за тебя сильно.

Только вот меня не успокаивают его слова, я взрываюсь:

— Вот об этом я и говорила, что хочу подождать родов. Я тебя совсем доконаю. У меня эмоциональные качели каждый день. А ты говоришь специально, что все хорошо, хочешь успокоить.

Платон тоже злится. Решительно отвечает:

— Ир, это не эмоциональные качели, а высокая температура.

Слёзы все ещё у меня текут, но вместе с ними я теперь и улыбаюсь. Наваждение последних дней проходит. Из-за туч снова выглядывает солнце.

Температура больше не поднимается, врачи делают контрольное УЗИ.

— С ребёнком все хорошо, активный. Вирус был, как мы и думали, для ребёнка нестрашный, — говорит врач на английском, Платон мне все переводит. Потому что от стресса я вообще ничего не соображаю.

Затем Платон задаёт вопрос, и я интуитивно понимаю, что он спрашивает про пол ребёнка. Замираю, когда врач водит по моему животу и пытается все разглядеть.

Следующую фразу я понимаю без перевода „Boy“! Мальчик! Сын.

Платон смотрит на меня со счастливой улыбкой:

— Ира, у нас сын! — говорит мне.

У меня снова слезы. Только на этот раз от счастья.

Через день меня выписывают, и мы едем в Рим. Это последний город нашего путешествия. Там мы планируем прожить месяц. А затем решить, что будем делать дальше: вернемся в Россию? Переедем или останемся на прежнем месте?

Глава 37.

Виолетта

—Андрей, пожалуйста, ведь я беременна и хочу тебя!

— Перестань, я не буду с тобой спать, пока ты носишь ребёнка. Я боюсь ему навредить.

— Это лишь отмазки! Почему ты не хочешь исполнять свой супружеский долг, с тех пор как поженились, мы ни разу не спали…

Зло усмехается. Смотрит на меня, как будто я пятно на стене, которое мозолит глаза. Говорит:

— Потому что брак у нас по залету, милая.