Измена. Расплата за (не) любовь

Глядя на отца искоса, я спрашиваю:

— Куда мы едем?

— Ко мне, в особняк, — отвечает он, бросая короткий взгляд в мою сторону.

— С чего вдруг такая перемена? — не сдержав раздражения, спрашиваю я. — Вы ведь выгнали меня, а теперь сами приехали за мной и увозите к себе?

Михаил, не отвечая, достаёт папку с документами и протягивает её мне. Открыв их, я вижу результаты какого-то анализа, и отец наконец произносит:

— Я сделал тест ДНК. Ты действительно моя дочь…

Я замираю, с трудом переваривая услышанное.

— Но как? — шокировано спрашиваю. — Без моего участия? Как вы смогли это сделать?"

"— Когда ты приходила ко мне, я незаметно взял твой волос для теста, — отвечает Илов спокойно.

— Опасный человек, — выдыхаю, чувствуя лёгкий холодок внутри, — вы всё делаете исподтишка, да?

Михаил вдруг кладёт свою тёплую, широкую ладонь поверх моей, но я тут же отдёргиваю руку.

— Остановите машину. Мне не нужна ваша помощь!

Он не сдвигается с места, продолжая смотреть на дорогу, а затем говорит, словно между делом:

— Я знаю, что нужна. И про твой разлад с Максимом тоже в курсе.

Я ошеломлённо смотрю на отца.

— Откуда вы всё это знаете?

— Везде есть уши, — отстранённо отвечает он, не вдаваясь в подробности.

Тем временем, мы подъезжаем к большому загородному дому, который выглядит так, будто его фотография могла бы украсить обложку какого-нибудь престижного журнала о дизайне.

Михаил открывает дверь и, приглашая меня внутрь, спокойно произносит:

— Чувствуй себя как дома.

Я не сразу нахожу, что ответить, так как буквально замираю, осматриваясь по сторонам. Обстановка — дорогая, изысканная, каждая деталь на своём месте, всё выглядит идеально!

Да, думаю я, глядя на мраморные ступени и высокие окна, мой отец определённо не уступает Максиму в статусе и вкусе…

— Есть хочешь? — спрашивает Михаил, заставляя меня выйти из задумчивости. — Я заказал роллы, если ты не против.

— Не против, — киваю, скользнув взглядом к книжной полке, где стоят фотографии в красивых рамах. Похоже, фотографии его друзей или близких. Я останавливаю взгляд на одной, и, не удержавшись, спрашиваю:

— Ты женат?

— Нет, я не создан для семейной жизни, — отвечает он, разливая вино по бокалам и протягивая один мне.

— Нет, спасибо, я не пью, — мягко отставляю бокал в сторону, чувствуя его внимательный взгляд на себе.

— Это правильно, — отец одобрительно кивает. — А вот твоя мать этим злоупотребляла.

Мне ничего не остаётся, кроме как лишь кивнуть, пытаясь скрыть лёгкую досаду от его слов. Я перевожу взгляд к своим роллам и продолжаю:

— А у тебя есть женщина? Или дети?

— Женщина есть, — отвечает Михаил, откидываясь на спинку стула. — Но она уехала пока к себе. Мы решили, что не будем тебя лишний раз травмировать.