Извращенное королевство

Щеки горят при мысли об этом, но я засовываю указательный и средний палец себе в рот.

Попробовать себя на вкус интимно, но тот факт, что я представляю на своем месте Эйдена, еще более интимен.

Я обвожу языком пальцы, немного причмокивая.

– Знаешь, о чем я фантазирую сейчас? – Его глубокий низкий голос почему-то заставляет меня сосать еще сильнее.

Я отрицательно мычу, не вынимая пальцы изо рта.

– Я фантазирую о том, как эти пухлые губки обхватили мой член, пока я трахаю тебя языком.

По телу проходит прилив удовольствия, и мне хочется снова к себе прикоснуться. Так на меня влияют грязные словечки Эйдена.

– Скоро, сладкая. Я завладею тобой полностью.

Я резко вытаскиваю пальцы.

– Обещаешь?

На том конце провода раздается мрачный смешок.

– Да, обещаю.

Глава двадцать четвертая

Эйден

На прошлой неделе Джонатан катал меня по всему Китаю и демонстрировал инвесторам и хер знает кому еще.

Если мне еще хоть раз придется послушно сидеть на встрече как марионетка, я все тут разнесу к чертям.

Такова месть Джонатана за мой разрыв с Куинс. По его словам, я оставил пятно на безупречных отношениях с Себастьяном Куинсом, и мне придется что-то сделать в качестве компенсации.

На самом же деле он все еще дуется за то, как я накричал на него из-за Алисии.

Я согласился подыграть только потому, что он угрожал выместить гнев на Эльзе.

Хотя я не против объявить войну Джонатану, я не буду смотреть, как он использует ее в качестве объекта поражения.

Ему придется иметь дело сначала со мной.

И все же мне нужно домой – как и вчера.

Нэш, Найт и Астор закидали групповой чат сообщениями, которые меня жутко выбесили.

Найт: Кинг больше не Король, хех?

Нэш: Похоже на то.

Астор: Да уж.

Астор: По шкале от одного до десяти, с какой вероятностью я уговорю Кимми и Элли примерить костюмы кроликов?

Нэш: Эльза – ноль. Кимберли – шесть. Если напьется, то девятка.

Астор: Тогда лучше напою Кимми *ухмыляющийся эмодзи*

Найт: Хочешь смерти своей?

Я удивлен, что этот мелкий засранец Астор вообще показался в групповом чате. Он иногда ведет себя так, словно его не существует, а потом скулит, что мы держим его в неведении.

В общем, надо вернуться и дать по шее всем троим: как они вообще допустили мысль, что я мог бросить Эльзу?

Только смерть разлучит нас.

А что? Ей нужна защита.

Всю прошлую неделю мы переписывались – и переписка была очень эротической. А еще я кончил от звука ее голоса больше раз, чем могу сосчитать. После нашей кратковременной – и чертовски неприятной – разлуки Эльза стала более раскрепощенной во всем, что относится к ее сексуальности и удовольствию. Она даже написала, что не перестает думать обо мне на занятиях.