Хаски и его Учитель Белый Кот, Том I

В итоге его сознание сильно затуманилось.

Ши Мэй оттащил его в комнату и положил на кровать. Голова трещала, тошнота подкатывала к горлу. Мо Жань хотел позвать Ши Мэя.

Однако силу привычки трудно преодолеть.

В течение многих лет рядом с ним был вовсе не чистый лунный мотылек, а кровососущий москит."

"Предательские губы произнесли:

— Чу Ваньнин…

В голове был хаос.

— Ваньнин... Я…

Ши Мэй на мгновение замер, затем повернул голову, чтобы посмотреть на Чу Ваньнина, который застыл в дверях. Учитель только что отнес Сюэ Мэна в спальню, сходил на кухню за миской отрезвляющего супа и как раз шел по коридору, когда случайно услышал горячий шепот Мо Жаня.

Конечно, он остановился в изумлении, но быстро убедил себя в том, что ослышался.

Можно понять, почему Мо Жань мог бы назвать своего Учителя Чу Ваньнином, но что за фамильярное Ваньнин…

Как назло, память подбросила воспоминания о том утре, когда в Павильоне Алого Лотоса он проснулся в объятиях Мо Жаня. Тогда все еще погруженный в сон юноша тоже совершенно четко произнес «Ваньнин», а потом коснулся его губ поцелуем, таким же легким, как прикосновение стрекозы к озерной глади.

Неужели Мо Жань все же оставил для него маленький уголок в своем сердце?

Он тут же отбросил эту мысль, прежде чем она успела прорасти в его сердце.

Чу Ваньнин всегда гордился своей решительностью и храбростью, но когда дело касалось чувств, он мгновенно становился неуверенным в себе трусом.

— Учитель… — голос Ши Мэя звучал нерешительно, он странно посмотрел на Чу Ваньнина, потом перевел взгляд на Мо Жаня. — Вы же…

— Хм?

— Эм… На самом деле, не важно. Так как Учитель пришел, чтобы позаботиться об А-Жане, я, пожалуй, покину вас.

— Подожди, — сказал Чу Ваньнин.

— У наставника есть еще какие-то распоряжения для меня?

— Завтра ты отправишься в Персиковый Источник?

— Э?

Выражение лица Чу Ваньнин не отражало никаких эмоций. Через некоторое время он сказал:

— Иди, отдохни. Когда вы трое окажетесь вне школы, то должны заботиться друг о друге и… — он помолчал немного, а потом добавил, — возвращайтесь скорее.

Когда Ши Мэй ушел, Чу Ваньнин подошел к кровати. Его лицо ничего не выражало, когда он, приподняв бесчувственного Мо Жаня, ложка за ложкой, начал кормить его отрезвляющим супом.

Мо Жаню не понравился кислый вкус, и он выплюнул суп. Казалось, это немного отрезвило его. Он открыл глаза и все еще расфокусированным взглядом уставился на Чу Ваньнина:

— Учитель?

— Хм... Я здесь.

— Пффф! — Мо Жань сам не знал почему, но снова начал смеяться. Обворожительные ямочки на его щеках стали отчетливо видны, когда он передразнил. — Старший братец-небожитель…

Учитель Чу потерял дар речи. А Мо Жань лег на живот и заснул.