Иван Грозный на Мальдивах

Ивана Павловича Подушкина, паспортные данные указаны на странице номер один, с Ириной-Сюзанной Феценбергенратц фон Руникален, баронессой Органской…»

Я чуть не упал со стула, и тут раздался голос маменьки:

– Вава! Почему открыта дверь и что за ужасное животное висит на крючке? Почему в холле стоит гроб на колесах?

Глава двадцать восьмая

Маменька мастерица появляться в моем доме в самый неподходящий момент, но сегодня она превзошла себя, вошла в столовую в то время, когда Боря произнес: «…баронессой Органской», а я, изумленный наличием в свидетельстве текста на обратной стороне листа, повторил:

– Ирина-Сюзанна Феценбергенратц фон Руникален, баронесса Органская – это все вы?

– Да, Ванечка, – пропела гостья.

– Помолвлены! – закричала Николетта. – Почему я ничего не знаю? Где баронесса?

– Это я, – скромно потупилась Сюзанна, – а на вешалке не животное, а моя шубка. Ее сшили из куска мантии шлейфа Жозефины, жены Наполеона. Моя прапрапрабабушка находилась среди гостей торжественного события. У императрицы была невероятно длинная мантия. Ее потом разрезали на куски и раздали молодым женщинам, которые ее держали.

– Картина художника Жака Луи Давида, – пробормотал я, – «Коронация».

Сюзанна улыбнулась Боре.

– Можете открыть фото в интернете?

Мой помощник быстро выполнил ее просьбу и повернул ноутбук экраном к гостье.

– Видите женщин, которые держат меховой шлейф Жозефины? – спросила Сюзанна. – Одна из них моя родственница. Угадайте кто?

Николетта ткнула пальцем в экран:

– Вот! Вы с ней просто одно лицо!

Сюзанна зарделась."

"– Все так говорят. Прапра… бабуле достался самый лучший кусок мантии.

Я покосился на Николетту, та сидела молча, что для маменьки было более чем необычно, она всегда солирует в разговоре. И если кто-то сообщает о недавно приобретенном за очень дорогую цену манто, госпожа Адилье парирует: «Прекрасная вещь! Но зачем покупать шубу стоимостью в космический корабль? У меня таких три штуки, все висят без дела, некуда их выгулять».

И тут на мое счастье зазвонил телефон. Номер оказался незнакомым, но я живо вскочил и со словами:

– Простите, у меня очень важный разговор, – покинул комнату.

В коридоре я перевел дух и произнес:

– Слушаю вас!

– Вы Иван Павлович Подушкин? – спросил незнакомый женский голос.

Естественно, я ответил:

– Правильно.

– Владелец детективного агентства?

– Именно так.