Хроники Придайна

 — Что будет с ней? Это… это возможно, чтобы ты позволил ей остаться с нами?

Даллбен наморщил лоб и поиграл страницами «Книги Трех».

— По всем правилам, — сказал он, — принцесса Эйлонви должна вернуться к своим родичам. Да, не удивляйся, она — принцесса! Разве она не сказала тебе этого? Но не следует торопиться. Если она согласна, то может погостить у нас. Возможно, ты получишь ее согласие, если поговоришь с ней.

Тарен вскочил:

— Конечно!

Он поспешил из хижины к загону Хен Вен. Эйлонви все еще была там, наблюдая с интересом за свиньей-прорицательницей.

— Ты можешь остаться! — закричал еще издали Тарен.

 — Я спросил у Даллбена!

Эйлонви посмотрела на него снизу вверх:

— А тебе не пришло в голову спросить сначала меня?

— Да… но я имел в виду… — промямлил Тарен, заикаясь от волнения. — Я не думал…

— Не думать — это обычное для тебя состояние, — язвительно заметила Эйлонви и вдруг весело сощурилась. — Колл как раз устраивает для меня место.

— Уже? — вскричал Тарен. — Как же он узнал?

— Гмм, — пожала плечами Эйлонви.

— Хрю! — откликнулась Хен Вен.

ЧЁРНЫЙ КОТЁЛ

Глава 1

Совет в Каер ДаллбенОсень нагрянула неожиданно.

Чуть ли не во всех северных королевствах Придайна многие деревья стояли голыми, и среди ветвей чернели клочками пустые гнезда. На юге, по ту сторону Великой Аврен, цепь холмов защищала Каер Даллбен от ветров, но даже здесь они уже налетали на крохотный хутор.

Для Тарена лето кончилось, не начавшись. Этим утром Даллбен велел ему вымыть свинью-прорицательницу. Если бы старый волшебник приказал ему отправиться за гвитантом, Тарен с радостью побежал бы ловить крылатое, злобное, смертельно опасное существо. А тут…

Юноша набрал в колодце ведро воды и с неохотой поплелся к загону Хен Вен.

Белая свинья, обычно обожающая купанье, сейчас нервно повизгивала, влезла в самую грязь и завалилась на спину. Тарен занялся свиньей, пытаясь поднять ее на ноги и вытащить из грязи, и не заметил незнакомого всадника, пока тот не подъехал вплотную к загону.

— Эй, ты! Скотник! — Высокомерно обратившийся к нему всадник был молод, всего на несколько лет старше Тарена.

Волосы незнакомца были красно-бурого цвета, на бледном надменном лице выделялись черные, глубоко посаженные глаза.

Богатая одежда его выглядела сильно поношенной, и он старался плотнее запахнуть плащ, чтобы скрыть потертый наряд. Сам же плащ, как заметил Тарен, был аккуратно и старательно заштопан во многих местах. Человек восседал на худой и нервной чалой лошадке в желтовато-рыжих пятнах. Длинная унылая голова ее, однако же, была, как и у хозяина, раздраженно и неприязненно вскинута.

— Эй, скотник! — повторил он. — Это и есть Каер Даллбен?

Тон всадника и это пренебрежительное обращение обожгли Тарена, как крапивой.