Хроники Придайна

— Это просто несчастный случай, — успокаивала его Эйлонви, стараясь скрыть беспокойство — Не надо так волноваться. Мы сейчас перевяжем тебе руку…

— Бесполезно! — причитал Ффлевддур. — Она никогда уже не будет прежней! О, это все отвратительный Крошан! Злобная тварь ударила меня нарочно, я уверен!

— Ты выздоровеешь, я обещаю тебе, — увещевал барда Тарен. Он оторвал несколько широких полос от его плаща. — Через некоторое время рука будет как новая! Конечно, надо подождать, пока она заживет.

— Рука? — вскричал бард — Не рука меня беспокоит! Меня приводит в отчаяние арфа.

— Твоя арфа в лучшем состоянии, чем ты, — сказала Эйлонви, снимая инструмент с плеча барда и кладя ему на колени.

— Слава Великому Белину! — засмеялся бард, поглаживая арфу здоровой рукой. — Рука? Да что рука! Понятно, она побаливает. Но руки я ломал много раз… однажды я сломал запястье, поигрывая мечом. В любом случае у меня две руки. Но только одна арфа! — Бард с облегчением вздохнул. — Арфа при мне, и я чувствую себя намного лучше.

Несмотря на мужественную усмешку Ффлевддура, Тарен видел, что он страдает больше, чем старается показать.

"— Пожуй эту травку, — сказал он Ффлевддуру, — Это умерит и облегчит боль. И лучше тебе не двигаться некоторое время.

— Спокойно лежать? — встрепенулся бард — Только не теперь! Мы должны выловить этот отвратительный горшок из реки!

Тарен покачал головой:

— Мы постараемся поднять его втроем. Со сломанной рукой даже Ффлевддур Пламенный будет не большой подмогой.

— Ничего подобного! — упрямился бард.

Он с трудом попытался подняться, но сморщился от боли и снова привалился к стволу ольхи. Это усилие только увеличило боль. Бард часто дышал и печально смотрел на перевязанную руку.

Тарен взял канат и вместе с Гурджи и Эйлонви направился к отмели. Крошан лежал на боку, наполовину погруженный в воду. Быстрое течение устраивало около него водовороты, вода с шумом заплескивалась в отверстие, и казалось, что Котел что-то злобно бормочет. Тарен увидел, что Котел застрял меж двух валунов.

Он вошел в воду, наклонился и попытался подсунуть плечо под Котел. Гурджи и Эйлонви тянули изо всех сил. Крошан не двигался.

Промокший до костей, с онемевшими от холода руками, Тарен тщетно боролся со словно бы вросшим в дно Котлом. Запыхавшийся и обессилевший, он вернулся на берег и привязал конец каната к Ллуагор и Мелинласу, впрягая их в застрявший в тине Котел.

И снова Тарен вернулся в ледяной поток.