Хроники Придайна

Золотисто-коричневое тело Лиан металось в тесном пространстве хижины. Её мощные задние лапы с выпущенными страшными когтями тщетно рвали тело колдуна, который уворачивался от её лап и теперь вдруг вцепился в круто выгнутую спину кошки. Воя и шипя, Ллиан яростно мотала головой, ее острые зубы сверкали жутким оскалом. И все же, вертясь и встряхиваясь, что было силы, она не могла вырваться из цепких рук колдуна. Тарен знал, что даже невероятная сила Ллиан должна в конце концов иссякнуть. Она подарила ему еще одно мгновение жизни, но теперь и сама была обречена.

Кость! Тарен бросился на четвереньки и стал шарить в полутьме, ища обломок.

Но нигде не мог найти его. Он метался между деревянных стульев, переворачивал глиняные сосуды, рылся в пепле очага. Кость пропала.

Позади него послышался тоненький писк. Тарен повернулся и увидел мышь, словно бы пляшущую на задних лапках. В зубах она зажала обломок кости.

Тарен мгновенно схватил полированный кусочек и принялся ломать, гнуть его пальцами. Отчаяние снова нахлынуло на него. Кость не ломалась.

Глава 10

Разрушенное заклятиеОтполированный обломок был несгибаем, как железо.

Сжав зубы, с дрожащими от напряжения мускулами Тарен словно бы замер в нечеловеческом усилии. Он чувствовал, что сейчас борется с самим колдуном, с его волей. Ллиан вдруг обмякла и осела на задние лапы. Мордант высвободился из объятий гигантской кошки и ринулся на Тарена. Он снова вцепился в осколок кости. Пальцы колдуна словно бы вросли в крохотный обломок. Но и Тарен изо всех сил сжимал свой конец скользкой косточки. Вдруг он почувствовал, как обломок согнулся, когда Мордант попытался выкрутить его из пальцев Тарена.

Внезапно кость разломилась. Удар грома обрушился на Тарена и почти оглушил его. С ужасающим криком, который словно бы пронзил стены хижины, Мордант опрокинулся на спину. Он одеревенел, и лишь скрюченные пальцы когтили воздух. Неожиданно костистое тело колдуна рассыпалось по полу горстью мелких сухих веточек.

В этот же самый момент мышь исчезла. Гурджи стоял рядом с Тареном.

— Добрый хозяин спас нас! — завопил он, обнимая Тарена. — Да, да! Гурджи снова Гурджи! Он больше не малявка писклявка!

Остаток кости в руке Тарена превратится в горсточку серой пыли, которую он отряхнул с ладони.

Слишком возбужденный и обессиленный, он мог лишь безмолвно и нежно гладить Гурджи по его лохматой голове. Ллиан, тяжело и шумно дыша, поднялась и встала рядом с остатками тела колдуна, обнюхивая эти безжизненные веточки. Ее золотисто-коричневый мех все еще стоял дыбом, а длинный хвост беспомощно волочился по полу. Пока Гурджи поспешно высвобождал Карр из клетки, золотые глаза Ллиан шарили по комнате. Из ее горла вырвался тревожный, призывный вой.