Хроники Придайна

Но что-то еще в тебе появилось…

— Пожалуй, принцесса угадала главное, — вставил Колл. — Уезжал от нас просто помощник на скотном дворе, а вернулся мастер на все руки.

Тарен печально покачал головой.

— Не знаю, много ли я умею, — ответил он, — но знаю зато наверняка, что я не ткач, не кузнец, и гончара, увы, из меня тоже не выйдет. В одном уверен: я дома и останусь здесь навсегда.

— Рада слышать это, — сказала Эйлонви. — Я опасалась, что ты будешь странствовать до скончания дней. Даллбен рассказал мне, что ты отправился искать родителей и встретил кого-то, кого посчитал своим отцом, но ошибся.

— А тут и понимать-нечего, — откликнулся Тарен. — Я отправился за одним, нашел другое. Но совсем не то, что искал, что надеялся найти. Так что я больше потерял, чем нашел.

— Нет, — заговорил Даллбен, который внимательно прислушивался к их разговору, — ты должен понять и запомнить одно: ты, Тарен, нашел больше того, что искал, и обрел, возможно, больше, чем имел.

Старый волшебник распахнул дверь и широким жестом пригласил всех в хижину.

— Уж не собираешься ли ты вновь отправиться на поиски? — спросила Эйлонви, оглядываясь, на шедшего следом Тарена."

"Тарен не успел ответить, как кто-то схватил его за руку и принялся неистово трясти ее, будто намеревался вырвать из плеча.

— Привет, привет! — закричал молодой человек, белесый, взлохмаченный, с блеклыми голубыми глазами. Его богато расшитый плащ, казалось, сначала вымочили, затем хорошенько выкрутили, а уж потом накинули ему на плечи. Ремешки его сандалий были разорваны, небрежно и неумело связаны крупными узлами, а сами сандалии, хоть и отличной выделки, расшлепались и скособочились, словно прежде их носила корова.

— Принц Рун! — едва узнал его Тарен. Рун стал выше ростом и здорово похудел. Зато улыбка его была по-прежнему жизнерадостной и широкой, во все лицо.

— Не принц, а король Рун, — со вздохом поправил его молодой человек, — отец мой, король Руддлум, умер прошлым летом. А я вот привез Эйлонви. Королева Телерия хотела оставить принцессу на Моне. Надо же, говорила она, завершить ее воспитание. Ты же знаешь мою мать: ее бы и сам Даллбен не уговорил.

Эйлонви лукаво улыбнулась, а Рун, не замечая ее улыбки, продолжал важно:

— Мы привезли с собой еще кое-кого. — Он указал в сторону очага, где Тарен заметил толстенького коротышку, сидевшего прямо на полу и державшего между колен большую кастрюлю.