Хроники Придайна

— Ерунда! — отмахнулся Ффлевддур. — Я совершенно уверен, что всё в порядке. — Струна на арфе оборвалась и громко зазвенела. Бард прокашлялся. — Нет, если по правде, то я совсем ни в чем не уверен. О, проклятые сомнения! Девушка заронила мне в голову эту дурацкую мысль, и я никак не могу вытряхнуть ее оттуда. С одной стороны, все выглядит нормально, а с другой все не так…

Он обернулся к Эйлонви.

— Просто для того, чтобы успокоить тебя… и меня… — добавил он, — я первым пойду и все разведаю. Как странствующий бард я могу входить и выходить куда мне заблагорассудится.

Если что-то не так, никто и не заподозрит меня. А если нет, то тем более никто мне не навредит. Оставайтесь здесь. Я вернусь очень скоро. И мы еще посмеемся над всем этим за столом короля Смойта. Вот так, — добавил он без всякой уверенности.

Бард спешился. Он вполне справедливо считал, что лучше не привлекать внимания, приехав верхом на необычной кошке.

— А ты, — обратился он к Глю, грозя ему пальцем, — постараешься не навредить. Мне не хотелось бы выпускать тебя из виду, но за тобой последит Ллиан. Ее глаза острее, чем мои. И зубы не менее остры.

И бард пешком отправился к замку. Спустя некоторое время Эйлонви увидела, как приоткрылись ворота и Ффлевддур исчез за ними. Затем всё стихло.

К ночи девушка серьезно забеспокоилась, потому что больше бард не появлялся, а из замка не доносилось ни звука. Ожидая возвращения Ффлевддура, они скрылись в зарослях, но сейчас Эйлонви вышла на пригорок и с тревогой смотрела на замок.

— Плохо! Всё плохо! — нервничала она, порываясь пойти за Ффлевддуром.

Король Рун тянул ее назад.

— Может, как раз всё в порядке, — успокаивал он. Он бы немедленно вернулся назад, едва лишь почуяв что-то неладное.

Не сомневаюсь, что сейчас король Смойт потчует его ужином или… — Рун сжал рукоять меча — Я пойду и посмотрю! — Нет, ты не пойдешь! — вскричала Эйлонви. — Сначала должна пойти я. О, мне не следовало уступать и позволять отстранять меня!

Рун, однако, настаивал. Эйлонви упорствовала. Они горячо, хотя и шепотом, спорили и уже чуть не перешли на крик, когда вдруг из-за деревьев выскользнул бард. Запыхавшийся, с трудом переводивший дыхание, он, шатаясь, буквально ввалился в гущу кустов.

— Это Мэгг! Он всех схватил! — Голос Ффлевддура был таким же неясным и слабым, как его бледное лицо, чуть освещенное скользящим светом луны. — Пойманы! Схвачены!

Эйлонви и Рун, охваченные ужасом, слушали сбивчивый рассказ Ффлевддура.

Сами стражники толком не знают, кто их пленники, — захлебываясь, торопился выложить всё Ффлевддур. — Только то, что их четверо вместе со Смойтом и что они схвачены неожиданно и предательски. Насколько я понял, они просто попались на удочку, сглотнули крючок, как простодушные рыбки.