Клинок князя Дракулы

Его лучи проникли сквозь пыльные окна, озарили холл тусклым сиянием старого золота и просочились даже в подвал, залив своими слабыми отблесками стоящую на лестнице девушку. Из темноты подвала донеслось раздраженное шипение, какое издает потревоженная змея, и огоньки погасли.

Лиза перевела дыхание, поднялась по лестнице и закрыла за собой подвальную дверь.

Первым ее побуждением было как можно скорее уехать из этого страшного дома, вернуться в город, к своей тусклой, но нормальной и безопасной жизни.

Но потом она спохватилась, мысленно одернула себя. Она представила, как она уедет, а Никита так и будет лежать там, в подвале.

Нельзя бросить Никиту там, в подвале, оставить его одного навсегда… нужно что-то сделать… «Скорая помощь» уже не требуется, но милицию, то есть полицию, надо вызвать.

Значит, придется еще на какое-то время остаться в этом доме…

Лиза вспомнила огоньки, глядевшие на нее из темноты, и вздрогнула.

Что это было?

«Да ничего, – попыталась она успокоить себя, – может быть, это мне просто померещилось… ну, не померещилось, значит, это бездомная кошка поселилась в подвале…»

Лиза взяла себя в руки, достала телефон, долго соображала, куда звонить, долго тыкала в кнопки непослушными от холода пальцами.

Наконец она дозвонилась куда нужно, сумела внятно объяснить, что нашла в доме мертвого человека, и даже смогла объяснить, что это за дом и где он находится.

Некоторое время она провела в спальне Никиты, находиться в холле не было сил. Лиза обхватила голову руками и отдалась своему горю. Ей было плохо, плохо и стыдно за свое раздражение, за свои злые мысли, за свое решение больше не приезжать.

Как ни странно, полиция приехала очень скоро. Как объяснил молодой разговорчивый парень, они были поблизости, разбирались с дракой в соседней деревне.

– Ну, что тут у вас? – проворчал второй полицейский, молчаливый коренастый дядька лет пятидесяти.

Лиза с опаской открыла дверь подвала, показала лежащий возле лестницы труп. Полицейский спустился, осмотрел труп, пробормотал что-то неразборчивое, потом повернулся к Лизе:

– Вы потерпевшему кем приходитесь?

– Я? Ну… как вам сказать… – Лиза растерянно замолчала.

– Ясно. Любовница. – Полицейский, кряхтя, выбрался из подвала, вытер руки платком.

Его молодой напарник подскочил, как на пружине, и торопливо, возбужденно заговорил:

– Ну, значит, Михалыч, как мне это представляется… Она вот с ним, с потерпевшим, поссорилась, толкнула его, он упал с лестницы и сломал шею… причинение смерти по неосторожности, за это много не дают.