Красная линия

Его рука забралась в мои влажные волосы, и наши языки столкнулись, заявляя права друг на друга.

В глубине моего сознания голос здравомыслия потребовал это прекратить, но я упрямо продолжала отвечать на страстный поцелуй. Несмотря на то что перед глазами до сих пор стоял образ спускающегося по лестнице Каллахана, который застегивал ширинку, после того как поразвлекся с рыжей гостьей.

Дэйв обернул руку вокруг моей талии, соединяя наши тела, и я почувствовала огромную пульсирующую эрекцию, прижимающуюся к моему животу.

Иисусе…

Не соображая, что делаю, я втиснула между нами руку и прикоснулась к нему.

С шипением Дэйв резко отстранился от меня. Его голова отклонилась назад, капли проточной воды сорвались с ресниц и скатились по щекам, теряясь в щетине.

Проклятье, какой же он сильный, сексуальный…

Совершенный.

– Боже, Микки…

Я прикоснулась к татуированной груди Дэйва и провела кончиками пальцев по затвердевшим соскам. Он с шумом втянул воздух и закрыл глаза. Его реакция дарила мне сумасшедшее наслаждение, взрывая мое тело новыми ощущениями. Сексуальная энергия вибрировала в моей крови.

Когда мои пальцы спустились к его животу, Дэйв задышал еще тяжелее. Мне до смерти хотелось прикоснуться к нему там. Снова.

Дрожащей рукой я скользнула к в боксеры и обхватила пальцами толстый бархатистый член. Он запульсировал в моей ладони. Мои глаза изумленно расширились, когда я прошлась рукой по всей его внушительной длине.

– Твою мать, – застонал Дэйв, прижимаясь спиной к стеклянной стене. – Я не могу вспомнить, когда был настолько тверд для кого-то.

– А как же твоя вчерашняя подружка? – не сдержалась я, продолжая двигать рукой вверх и вниз по всей длине.

По кабине прокатился его глухой стон. Мои губы резко пересохли, несмотря на то что вода продолжала стекать по нашим лицам и телам. Она стала более горячей. Стеклянные стены душевой запотели, и под нашими ногами уже клубился пар.

– Проклятье, мы можем обсудить это позже? – тяжело дыша, Дэйв подался бедрами вперед. – Например, никогда.

Подушечкой большого пальца я погладила головку члена и почувствовала, как на ней выступила смазка. Сладкая боль разлилась внизу живота, а ноющая – в области груди.

– Смелее, Микки, – прохрипел Дэйв.

 – Освободи его для себя.

Свободной рукой я вцепилась в резинку черных боксеров и посмотрела Каллахану в затуманенные глаза.

– А что ждет меня после, Дэйв? – проточная вода стекала по моим щекам, незаметно смывая непрошенные слезы. – Желтый «Uber»?

Он не ответил.

Он ничего не ответил.

Последнее, что я услышала перед тем, как покинуть комнату, – то, как кулак Дэйва несколько раз с грохотом ударяется о стеклянную стену кабины.

Глава 21

Я мудак.

Эгоистичный сукин сын.