Крымский излом: Крымский излом. Прорыв на Донбасс. Ветер с востока

Для того чтобы узнать о приготовленном для них командованием Красной армии сюрпризе, немцам оставалось подождать всего несколько дней.

24 февраля 1942 года, поздний вечер.

Молотовский судостроительный завод № 402

«ТАНКИ РЕШАЮТ ВСЁ» – вот что было написано на красном транспаранте, растянутом поперек цеха, отданного судостроительным заводом под производство опытной бронетехники. Прочитав транспарант, Берия покачал головой и полюбовался на стенгазету, где кроме статьи о передовиках производства была заметка «Освобождена Мга! Ура, товарищи!», и, попросив сопровождающих остаться на месте, прошел дальше один в это работающее в три смены царство рабочих, кующих оружие победы.

В цеху лязгало, свистело, гремело. Завод, после остановки строительства линкора «Советская Белоруссия» перешедший на достройку подводных лодок, а с начала войны в основном выпускавший небольшие корабли типа «морской охотник», снова менял свой профиль.

Первый танк, стоявший в углу цеха, показался Лаврентию Павловичу очень похожим на Т-34. Похожим, да не очень. Более короткий, чем у Т-34, корпус, крупная башня, сдвинутая к центру, что позволило перенести люк механика-водителя с лобового листа на крышу корпуса.

Покряхтев, генеральный комиссар госбезопасности вскарабкался на броню и заглянул в открытый командирский люк. Точно, это он, средний танк Т-44, который на 75 % должен был быть совместим с уже освоенной промышленностью тридцатьчетверкой, но в то же время был лишен ее детских болезней и недостатков.

Так уж сложилась жизнь, что главный советский чекист по совместительству был пусть и не состоявшимся, но инженером.

И вот сейчас, когда товарищ Сталин назначил его ответственным за выпуск «новых образцов техники», это инженерное образование очень помогало в работе. Самым главным сейчас для Страны Советов было пресечь распустившийся пышным цветом технический авантюризм и идиотизм и направить конструкторскую мысль по единственно верному пути. А еще должна была быть унификация, унификация и еще раз унификация. Сменив модель, танковые заводы должны были, не останавливаясь, гнать на фронт танки. Возможно, что в этой войне танки действительно решали всё. После потерь минувшего лета и осени танков нужно было много, очень много.

Нельзя сказать, что в цеху никто не заметил появления неожиданного гостя. Но кто и что скажет человеку, чей портрет известен всем и каждому! Просто стоящий у одного из рабочих на подхвате фэзэушник молнией метнулся вглубь цеха, и не успел Лаврентий Павлович спрыгнуть с брони, как, на ходу вытирая руки ветошью, к нему подошел сам хозяин этого железного царства.