Крымский излом: Крымский излом. Прорыв на Донбасс. Ветер с востока

Год 1990-й – Фергана, Тбилиси, Сумгаит и Карабах; 1991 год – ГКЧП и пьяный раздел СССР в притоне в Беловежской пуще; 1993 год – расстрел из танков Верховного совета и чмокающее, бледное от страха мурло Гайдара. «Семибанкирщина», хаос, шабаш, деньги с шестью нулями, нищета тех, кто трудится, и куражащиеся над ними бывшие секретари горкомов и обкомов. «Братки» в золотых цепях и малиновых пиджаках, перестрелки на улицах и ведущие инженеры космических КБ, торгующие на барахолках американским «секондхэндом».

Зюганов и Жириновский «как зеркало социального протеста». Шахтеры, стучащие касками по Горбатому мосту, и перекрытые железнодорожные магистрали.

Натовские бомбардировки Ирака и Югославии, резня сербов под крики западных «провозатычников» о гуманизме.

Первая чеченская 1996 года. Горящие танки на улицах Грозного и ухмыляющиеся «борцы за свободу и независимость», перерезающие глотку пленному русскому парню.

Кризис 1998 года, дефолт и отставка Ельцина: «Я устал, я ухожу…»

Медленное, капля по капле, восстановление суверенитета в начале нового тысячелетия и война «трех восьмерок».

Мировой кризис 2008 года и арабские революции.

Бомбежки Ливии и смерть Каддафи. Попытки Запада свергнуть пусть буржуазную, но уже непослушную и неподконтрольную им власть в России. Вопли десталинизаторов с экранов ТВ и военный парад на Красной площади в честь 67-летия Победы. На трибунах седые, но еще бодрые духом ветераны, последние из последних. Лязгающая по брусчатке перед Мавзолеем мощь Российской армии. Все – декабрь 2012 года, календарь остановился. Экран погас.

Майор ГБ Санаев тупо смотрел на черный экран монитора, обхватив голову руками.

– Такую страну просрали, сволочи! – он обвел взглядом окружающих.

 – Мы тут в нитку тянемся, жилы рвем, а оно вот как получается!

– Когда сволочи просрали страну, те пацаны, что сидят и умирают сейчас в окопах, еще не родились, – сухо ответил майору Тамбовцев. – Зато они четко знают – кто прав и кто виноват, на чьей стороне воевать и против кого."

"– Да я не о ваших бойцах. И даже не о вас, товарищи командиры, разговор, – Санаев немного успокоился. – Нам уже известно, что в бой с фашистами вы вступили сразу же, как только оказались у нас. И то, что вы немедленно начали искать канал связи с руководством СССР.

На момент нашего вылета из Москвы, у Советского правительства к вам претензий не было, и думаю, что и дальше не будет. Вы уже делом доказали, на чьей вы стороне.

Я назвал сволочами тех «товарищей», которым очень захотелось стать господами. О чем-то подобном мы догадывались, поскольку вы прямо назвали свою государственную принадлежность – Российская Федерация. Только реальность оказалась хуже наших предположений. Мы думали, что это государство включает в себя всю территорию СССР.