Кто сильней - боксёр или самбист? Часть 2

Тимур на слух уловил произношение и интонацию этого ёмкого слова, встал, и, протянув ладонь, ответил тем же. Все вокруг опять рассмеялись.

Конечно, советский гражданин уже знал несколько нехороших немецких слов, например, такие как: «manömeter!» — аналог нашего «блин!» или «ёпрст!», и еще: «Mist! Scheisse!» — «Дерьмо!». Тимур даже мог послать интеллигентно: «Du kannst mich mal!» — «Да пошёл ты!». Но, как оказалось, прапорщик ещё многого чего не знал. Век живи, век учись...

После удачных переговоров хозяин заведения пригласил гостей на своё фирменное блюдо — местное жаркое из маринованной говядины с картофелем и квашеной капустой. И, конечно же, пиво! За совместным ужином Ганс попросил своего официанта принести пару маленьких профессиональных блокнотов и, не теряя времени, по ходу трапезы начал обмениваться с Тимуром крылатыми выражениями на двух языках. Еврей с аварцем тоже подключились к изучению не совсем хороших слов и добавили свою лепту в знании «родного и могучего».

В этот раз совместный ужин немцев и русских в этом гаштете прошёл мирно и спокойно. В итоге договорились, что Тимура в тот вечер у вокзала полоснул ножом первый напавший. Всё равно, его уже никогда не установят и не найдут. Да и орудие преступления больше никто не увидит. А после дачи показания полиции Тимура с друзьями вновь приглашают отужинать к Гансу, чем саксонский бог пошлёт. На том и расстались... На следующий день прапорщика Кантемирова ждал генеральский дом...

Глава 10

Генеральский дом

По субботам у начальника войскового стрельбища Помсен всегда дел по горло. Во-первых, парко-хозяйственный день (ПХД). Суббота в Советской армии значилась официальным рабочим днём. И если вы думаете, что в этот прекрасный субботний день личный состав вместе с офицерами и прапорщиками только и делают, что хозяйственно разгуливают по местному парку, то вы глубоко ошибаетесь. Это был день глобальной чистки всего вокруг: личного оружия, военной техники и парка боевых машин, казармы, территории вокруг казармы и территории вокруг части. В этот день все приказы командования, начиная от командиров отделений и заканчивая командиром полка, умещались в одно ёмкое слово: «Отпидарасить!». И к концу этого суматошного дня в любой нормальной воинской части обычно всё и вся блестели «как у кота яйца».

На полигоне в этот славный день тоже хватало работы: навести порядок в мастерских и на пилораме, убрать территорию вокруг директрис и направлений стрельб. Зимой постоянно убирали снег, которого было не так уж и много в солнечной Саксонии. Зато летом полигонную команду доставала трава, которая в этом тёплом и дождливом климате активно росла до глубокой осени. Траву надо было обязательно выкашивать, иначе все мишени скрывались и прятались в густой растительности.