Личный целитель Его Светлости

- Скрывать не буду, положение у господина Навиласа тяжелое, - ответила я, что несомненно было чистой правдой.

- Ох… - молочная сестра главы схватилась за сердце, я же едва не бросилась к ней на помощь, сдержавшись в самый последний момент.

«Тетрадь, Санни! Нам нужна тетрадь отца!» - уговаривала я себя.

- Его выздоровление сейчас напрямую зависит от тебя, - наконец, я озвучила главное.

- От меня? – удивилась Гертруда. – Но… Что я могу?

- Сама по себе, конечно, ничего, но зато могу я…

И договорить мне не дали.

- Так чего ты сидишь тут, кукла темных богов, и заговариваешь мне зубы, когда ты должна быть там, с ним!!! – закричала Гер.

Я даже не пошевелилась. Тетушка Дана учила терпению и смирению. Только спокойный разум способен отыскать варианты достижения цели. А цель у меня была.

- Ли! – рыкнула сестра-хозяйка.

Вот теперь самое время требовать.

- Я сказала, что его жизнь зависит от тебя, а не от меня.

- Говори! Что я должна сделать? Даже если нужно отдать душу темным богам, клянусь, я это сделаю!

Отлично. Пошли клятвы. Значит, тетрадь уже практически моя.

- Чтобы спасти Алекса, мне нужны кое-какие вещи из его лаборатории, - сказала я и замерла.

Очевидно, проверку я прошла. Она кивнула и сказала:

- Идем.

Признаться, от восторга я едва не подпрыгнула, и лишь годы, проведенные в послушании, и монастырское воспитание не позволили мне совершить роковую ошибку. Все свои промахи Гертруда совершала исключительно из-за любви к Навиласу, жертвуя собой и своей репутацией, но я никогда не обольщалась на ее счет – глупышкой она не была.

Знакомая лаборатория встретила нас тишиной и полным мраком, но стоило моей сопровождающей дважды хлопнуть в ладоши, как в каждой комнате под потолком зажегся магический фонарь. Обычного типового освещения, которое использовалось во всем госпитале, здесь почему-то не было.

- Надеюсь, ты знаешь, что тебе нужно, - хмуро буркнула Гертруда. – Алекс никого не допускал к своей работе. Даже от деда запирался, а я всего лишь убирала комнаты и приносила ему еду. Сам он мог на несколько дней о ней забыть.

Как я его понимала.

- Я знаю, - кивнула молочной сестре Навиласа.

- Знаю, что знаешь, - прошелестела она. – Только тебе он захотел рассказать о том, о чем даже мне не заикался. И чем ты только его приворожила? Его такие красавицы пожирали взглядом, а он… В Вершителем забытом месте, со странной особой…

Конечно, мне были любопытны ее откровения, но сейчас я предпочла не тратить на это время.

- Я пойду? – спросила Гертруду.