Морской закон

Он рванулся вперед и изо всех сил ударил американца кулаком левой руки в солнечное сплетение, а когда тот согнулся, хуком правой сбил с ног. Добивающий удар Лялькин не успел нанести, занесенную руку перехватил Владимир Христофоров.

– Прекратите, товарищ капитан, – остановил он подчиненного.

– Товарищ полковник, разрешите, с этим гадом я поговорю по-мужски, – Кирилл в эту минуту больше походил на обиженного дворового мальчишку, чем на офицера. В его жилах еще вовсю бурлила юная кровь. – Я об этом мечтал, как о манне небесной, после того ящика с крысами. Убью, сволочь.

– Не много чести бить связанного по рукам и ногам противника.

– Так развяжите его, – настаивал капитан.

– Чтобы ты его убил в честном поединке? Нет, – отрезал Христофоров. – С мистером Биглером мы поговорим в другом месте и другими методами.

Френк, чувствуя на губах соленый привкус крови, понял – убивать его не будут, и в его представлении вместо знойной североафриканской пустыни возникла вечная мерзлота Сибири…

Малиновый закат сменился серыми сумерками, а потом и черной ночью, прежде чем Пыху и Седуксену удалось запустить судовой дизель. Время было безнадежно упущено.

– Завтра с утра может начаться поисковая экспедиция ушедших из яхт-клуба парусников, поэтому нам до следующего вечера нужно где-то затаиться, – собрав возле рубки всех участников тревожного заплыва, удрученно произнесла Воронцова.

Все молчали, про себя размышляя, что можно предпринять в этой ситуации. Район для всех почти незнаком.

Неожиданно Лом осторожно тронул Серванта за рукав.

– Чего тебе? – нехотя глянул пахан на него."

"– Тут недалеко грот, в который мы собирались дернуть своим ходом, – доложил шепотом старший помощник. – Там есть автобус, на нем мы можем запросто уйти с «баблом» по материку через свои каналы. А красноперые пусть дуют своей дорогой.

Бывший главстаршина давно вычислил, что их новые попутчики – сотрудники спецслужб, и подобное соседство ему нисколько не грело душу. Серванту этот вариант приглянулся возможностью выбраться собственными силами. Что бы там Воронцова ему ни обещала, а пахан еще с детства помнил прибаутки приблатненного соседа: «Люди гибнут за металл и за бумагу, если есть на ней водяные знаки».

– Ты, Лом, ты – молоток, – Сервант одобрительно хлопнул по плечу своего помощника и громко, чтобы его все слышали, заявил: – Есть тут одна бухточка. Пересидим.

Глава 7

События в Буктаре занимали первые кадры всех информационных компаний мира.

Каждая программа новостей начиналась с сюжетов из султаната. Огромные языки пламени над нефтяными терминалами, толпы озверевших людей, громивших магазины, курочивших автомобили, дома, государственные учреждения. Повсюду слышались крики, выстрелы и взрывы.