Мой горячий Север

—  Снова тороплюсь?

Я киваю и запрокидываю голову, чтобы получше разглядеть его глаза.  Я прекрасно знаю, какой он горячий и сексуальный, и как классно целуется, но вот какой он настоящий? Он сам заговорил об этом, когда намекнул, что я не знаю его и делаю поспешные выводы по его внешности.  Так какой он? Под итальянским пиджаком, подогнанным точно под спортивную фигуру.

—  Знаешь, о чем я сейчас подумала? Ты как-то бросил вскользь, что год провел в инвалидном кресле.  Это правда?

—  Да.

—  Ты попал в аварию?

—  Под каток, —  он странно улыбается, хотя глаза грустнеют и напитываются холодом.

—  Нет, скажи правду.  Не отшучивайся, а скажи, как было на самом деле.

Я разворачиваюсь в его руках и подношу руки к мужской рубашке.  Белые пуговицы царапают подушечки пальцев, но я нажимаю сильнее и, не раздумывая, распускаю первую.  Я хочу увидеть его тело. Те шрамы, о которых он говорил.

—  Не молчи, Север.  Ты такой красноречивый, когда изысканно домогаешься, а как отвечать на мои вопросы, так сразу пауза.

—  Хочешь залезть мне в душу?

—  Примерно так же, как ты мне под блузку.

Я произношу слова с легкой усмешкой и меня совершенно не смущает, что сейчас именно я расстегиваю его рубашку.  Я уже дошла до третьей пуговицы и вижу знакомый медальон, который снова повернут той стороной, на которой написано “Север”.

—  Север, —  я зову его, напоминая, что до сих пор жду ответ.

—  Я могу справиться с двумя-тремя парнями, но против толпы сил не хватило.

—  Тебя избили?

И избили так, что он не мог встать на ноги год? Что за звери, что за бизнес брата, в котором он крутился. . .

—  Не надо, —  он сковывает мои руки мягкой силой.  — Ты побледнела, тебе не нужно пока смотреть.

Я потеряно смотрю на него и не могу состыковать его холеную внешность со словами, которые он произносит.

—  Это в прошлом.  Я вышел из грязных дел, оставил полулегальный бизнес брата и не хочу назад.  Я бы мог рассказать тебе другую историю, придумать обычное ДТП и ни слова правды, но я не хочу врать тебе.  Не хочу строить из себя другого человека. Я такой, Юля.

—  Значит ты не шутил, когда говорил, что в розыске.

Он качает головой.

—  И ты так просто говоришь об этом? Я же чужая тебе…

—  Тебе страшно сейчас? —  он подносит ладонь к моему лицо и обводит по контуру, лаская.  — Если бы я чувствовал, что ты боишься меня, я бы сразу ушел.

Я совершенно сбита с толку.  Я должна оттолкнуть его, но вместо этого чувствую, как нас тянет друг к другу.  Прочно и безнадежно, этому невозможно противиться. Я всю жизнь была осторожной и рассудительной, порой самой настоящей занудой, но сейчас фирменное благоразумие отказывает мне.  Его вызывающая честность действует на меня.

Будоражит.

Я впервые вижу человека, который ничего не боится.