Мой милый повеса

Она не плакала, глаза ее были сухи: в конце концов, она добилась своего – чего ж ей плакать? – а дрожь и страх в глазах наверняка очередное представление.

Харт провел кончиком пальца вдоль линии декольте на ее пеньюаре и склонил голову набок. Мэг задрожала еще сильнее, но не отстранилась, а то место, где он ее коснулся, покрылось мурашками. Харт дотронулся до ее щеки, а потом приложил к ней ладонь. Теперь эта девушка принадлежит ему, и он мог делать с ней все, что хотел.

– Такая красивая, – протянул Харт.

Мэг часто-часто заморгала.

– И такая лживая!

Она вздрогнула и отстранилась.

– А что, слез девичьих в качестве аккомпанемента актерской игре не будет?

– Почему игре? – дрогнувшим голосом спросила Мэг.

– Не притворяйся, что не имеешь отношения к представлению в саду! Сара во всем призналась.

– Я…

– Что? Ты разве не надеялась, что я потащусь за тобой, когда пошла туда?

Мэг опустила голову.

– А Люси, когда отправила меня вслед за тобой, что, не понимала, что может произойти? – усмехнулся Харт.

– Все было не так… Я никогда не лгала вам!

– Да неужели?

Кто бы сомневался! Сейчас еще и пару слезинок прольет. Но неожиданно Мэг вздернула подбородок, выпрямилась и в упор посмотрела на него.

– Никогда!

– Значит, ты действительно хотела выйти за сэра Уинфорда, а не за меня?

Мэг отвела глаза, но Харт успел заметить выражение вины в ее взгляде. По крайней мере, в этой лжи она готова признаться. Он спустил пеньюар с ее плеча. Как это легко – просто взять ее: не заняться любовью, не об этом речь, а завалить на спину, грубо поиметь для продолжения рода. Можно не сомневаться, она панически боится именно этого, хотя и желает. Если не закрепить их союз таким способом, ее положение будет под сомнением, а значит, ненадежно, да и детей не будет. Стало быть… Харт принял решение.

– Вы ведь… не сделаете мне больно? – нарушил тишину ее дрожащий голос.

– Сделаю, но не так, как вы думаете, – рассмеялся в ответ Харт.

– Не понимаю!

– Вот как? Объясняю: я ухожу. Спокойной ночи!

– Вы… не собираетесь лечь со мной в постель? – Ее голос был тих, но полон изумления.

– Нет, не имею ни малейшего желания.

Брови у нее сошлись на переносице.

– Как же так?..

На лице отразилось не только изумление, но и обида, что еще больше укрепило его решимость.

Скрестив руки на груди, Харт надменно произнес:

– Моя дорогая, это вам показалось, будто вы получили то, чего добивались: мужа, семью, деньги, повод остаться в Лондоне и не уезжать на континент, – но я не дам вам того, чего вам хотелось на самом деле.

Ее глаза были полны недоумения.

– И чего же мне хотелось?

– Детей. Семьи. Любви… Вы как-то обмолвились, что вам хочется всего этого.

– Да, это так.

– Так вот: я вам этого не дам! – Харт заставил себя улыбнуться.