Морозов. Книга 4

Я тотчас собрался и обратился к хладнокровию в себе. Способность отозвалась, наполняя мое нутро прохладой. Каждый нерв напитался мятной свежестью и я задышал ровнее.

— Он трясется от страха передо мной…

— Я в ужасе, — медленно сказал я, когда пауза затянулась, — от того, что животное способно стоять на двух ногах и говорить по-человечески.

Он метнулся ко мне тенью. Смазанной черной тенью в чернильной ночи. И лишь хладнокровие позволило мне не отвлечься на капли крови, которые осыпались с тела безумца при стремительном беге. Я сжал кулаки. Руны полыхнули на моей коже мрачным огнем.

Тьма соткалась во что-то материальное и мои ладони потяжелели. Противник не ожидал такой скорости и попытался обогнуть меня по дуге. Я сделал шаг назад и в сторону, присел, чтобы провести мах рукой. Моя тьма вытянулась, стала тонкой и зазвенела сталью. Чернильный клинок рассек воздух и стал достаточно длинным, чтобы вспороть чужую плоть. Дало завизжал, отскочив сторону. Он запнулся, заваливаясь на спину, но поток воздуха не позволил ему упасть. Васа управлял ветром и придержал парня над перилами, не дав ему свалиться в воду.

— Не надо меня жалеть, — зашипел монстр, зажимая распаханный живот.

— Я умею многое.

Я не сразу заметил, что на палубу из него изливаются внутренности. А вместе с ними что-то еще. Это нечто заставило кровь на всех поверхностях пульсировать."

"— Меня не победить. Я есть кровь и соль. Я…

— Да заткнись уже, — пробормотал я и ударил его вновь. Клинок из тени раскололся, глубоко увязнув в черепе противника.

Он уставился на меня с удивлением ребенка, которому впервые сказали, что он не бессмертен. Потом перевел взгляд на императора и скривился.

— Ты привел его убить меня, — выдохнул он с горечью.

— Нашел способ… нашел того, кто может… сам бы ты не сумел…

Васа подошел к безумцу и встал на колени рядом с ним. Он обхватил его голову и прижался лбом к его переносице.

— Кровь от крови и плоть от плоти моей. Я не хотел тебе такой судьбы.

— Ложь, — выдохнул Дало. — Ты жрешь меня, папа. Жрешь нас, когда мы умираем не от твоей руки. Ты мог убить меня сам, но тогда не смог бы забрать мою силу.— Все не так, — произнес Васа низким голосом. — Я хочу уйти, но не могу оставить страну на такого как ты. Или тех, кто был до тебя.

Вы не достойны власти.

Яхта заскрипела и доски прогнулись, когда тело безумца обмякло.

— Уходим, — пророкотал император, поднимаясь на ноги.

Его глаза казались темными провалами на изможденном лице. Я не стал ждать приглашения и пошел в сторону лестницы, ведущей на наш транспорт. Кровь под ногами липла к моим подошвам, мерзко чавкала. И мне хотелось поскорее убраться с этого проклятого места. И из страны, где родители приводят палачей к своим заигравшимся детям.

Глава 22 Возрождение

Васса запрыгнул в лодку.