Монстр

Смутно слышала, как братья называют Сэма придурком, отчего почувствовала себя еще хуже. Будто я объект для жалости. Глупая наивная девчонка, неспособная постоять за себя перед страшным серым волком.

Все равно я никогда не чувствовала себя частью их круга. Киллиан, Хантер и Сэм дружили меж собой, а Персефона и Сейлор были вхожи как вторые половинки моих братьев. Мы с Эммабелль всегда оказывались в стороне, будучи связанными с ними, но не посвященными в их псевдотайное общество.

Оставшуюся часть вечера я провела, играя роль идеальной дочери для своей матери. Слушала ее избитые шутки, смеялась, в нужный момент хваталась за голову во время ее долгих, скучных рассказов, фотографировала благотворителей и даже представила маму со сцены, когда пришло время выступить с речью.

Никто не посмел поинтересоваться, где Джеральд Фитцпатрик. Ни одна живая душа. Все негласно предполагали, что мои родители, как и всегда, переживают непростой период, и большинство гостей не придали этому особого значения. Такими уж были Джейн и Джеральд Фитцпатрики.

Для примирения им достаточно было одного дорогого украшения и отпуска.

Весь вечер я не позволяла себе даже украдкой взглянуть на Сэма и Бекку, как бы ни было велико искушение.

Ему было несвойственно задерживаться на благотворительном мероприятии дольше, чем на десять минут.

А тем более приходить со спутницей.

Очевидно, что он затеял все это специально, чтобы помучить меня, и я не доставлю ему удовольствия, соглашаясь подвергаться этим мучениям.

Наконец, когда часы пробили полночь, я сказала маме, что поеду домой.

– У меня завтра утренняя смена. Увидимся утром. Мероприятие было чудесным. – Я поцеловала ее холодную щеку и пошла в гардероб, сжимая в руке помятый номерок, чтобы отдать его служащему в обмен на мое пальто от Armani.

Подойдя к замысловатой дубовой стойке, я обнаружила, что за ней никого нет.

Дверь позади оказалась закрыта.

Merde.

Я огляделась вокруг, высматривая свободного сотрудника, который мог бы мне помочь. Никого не найдя, я решила взять дело в свои руки. Я не стану задерживаться и ждать, когда окажусь легкой мишенью для Сэма и Бекки. Обойдя стойку, я открыла дверь гардероба и зашла внутрь.

И остановилась как вкопанная.

– О господи!"

"Я услышала визг. Его издала Бекка. Я впервые услышала ее голос. Пронзительный и гнусавый. Я захлопала глазами, прогоняя шок и позволяя развернувшейся передо мной сцене запечатлеться в сознании.

Бекка лежала, распростершись на ворохе пальто и пиджаков. Ее платье было задрано до бедер – совсем как у меня в ту злополучную хэллоуиновскую ночь, а Сэм стоял в паре метров от нее, схватившись за молнию брюк. Глаза защипало, оповещая о том, что на них вот-вот навернутся слезы, и я заставила себя проглотить желчь, подступившую к горлу.