Мы мирные люди

— Должен был лететь начальник строительства Агапов, а потом это отменилось.

— Как ужасно могло получиться! Мне искренне жаль доктора, но если бы это был Агапов... — пробормотал Игорь.

Зимин вздохнул.

— Каждого советского человека жалко. Мы привыкли дорожить каждым. Но Игорь прав: даже в смысле ответственности большая разница — просто доктор или сам генерал! Во всяком случае я от души рад, что Агапов не попал в крушение.

И Зимин подчеркнуто круто перешел опять к деловому разговору.

— Николай Иванович, — загремел он, покрывая все голоса и заполняя собой все пространство палатки, — Николай Иванович! Двух мнений не может быть.

Я установил точно и бесповоротно, что никаких тоннелей. Только обходный путь через перевал.

— Напротив! — перекричал его тенорком Кириченко, проталкиваясь к Николаю Ивановичу. — Напротив, надо строить тоннель! Это ясно для каждого и может быть доказано цифрами!

— Цифрами? — подхватил Зимин. — Работа разведывательной экспедиции — не бухгалтерия. Это творчество, если хотите знать!

— И умение смотреть вперед!

— Но не можете же вы отрицать, что обходный путь дает все преимущества и сокращает сроки строительства?

— Старая песня! — закричал Игорь.

— Мы спорим уже не один месяц и все остаемся каждый при своем мнении.

— Так ведь это упрямство. Впрочем, Байкалов ясно сказал, что вопрос решать будут высшие инстанции. Но мнение свое иметь — это уж мое право, вернее, моя прямая обязанность. Вы можете логически мыслить? Вот и считайте...

Зимин так смело защищал свою точку зрения не случайно. Ему-то самому было в высшей степени безразлично, где пройдет железнодорожный путь. Но он краешком уха слышал, будто начальник строительства одно время придерживался того мнения, что обходный путь будет выгоднее.

Учитывая это обстоятельство, он храбро пускался в спор. Пусть даже ошибочная точка зрения! Когда-нибудь впоследствии он сможет ввернуть в разговоре, что и Агапов, и он, Зимин, придерживались одного и того же мнения. Разве это плохо прозвучит? Если же будет принят другой вариант, Зимин опять-таки использует имя Агапова. Он будет говорить о гибкости, о демократичности... «Даже сам Агапов может уступить, если убедится в правоте своих оппонентов!» «Истина нам всего дороже!» «Мы, советские люди. ..» и так далее и так далее....

Зимин умел говорить с пафосом. И никогда не боялся переборщить в своих славословиях и выспренных фразах. Пусть-ка попробуют возразить! Иногда он замечал чуть-чуть насмешливые улыбки слушателей. Это его не останавливало. Он говорил об «исторической миссии», призывал «не бояться трудностей», восхвалял руководителей стройки и, пользуясь своей безупречной памятью, иногда говорил прямо лозунгами и выдержками из газетных передовиц.