На краю неба

Согласно легенде, известный французский композитор Фернанд Хальфен задумал построить на этом месте охотничий домик для жены. Но архитектор, воодушевленный живописными пейзажами и близлежащими достопримечательностями, сотворил для него настоящий архитектурный шедевр: замок-усадьбу, внутреннее убранство которой выдержано в дворцовом стиле времён Людовика XV и Людовика XVI.

Некоторое время назад Катерина вдохновенно ждала предстоящего события, собираясь разделить с братом его счастье и порадоваться вместе со всеми. Однако после разрыва с Димой радость ожидания угасла: не находилось сил для веселья.

Даже стыдно перед Ваней, но завидовала ему. И Алёне. Их счастью. Потому что для себя хотелось того же. Столько было суеты вокруг их свадьбы, столько разговоров, что поневоле и на себя мысленно примерила свадебное платье. Только зря.

Разумеется, приехали они в замок, в этот оазис спокойствия и тишины, чуть пораньше намеченного торжества, чтобы успеть отдохнуть и набраться сил. Их встретили цветами и шампанским, помогли разместиться в апартаментах, где каждая мелочь, каждая деталь — ткани и отделочные материалы, шикарная мебель и великолепные предметы искусства — тонко гармонировали с общим колором номеров, воссоздавая атмосферу королевской роскоши.

Но вся эта праздничная круговерть почти не доставала Катиной души: там было все еще темно, холодно и сыро. Только какие-то отголоски хороших чувств напоминали, что все это ее тоже касается. Старалась отвлекаться, горя внутри единственной мыслью: убраться отсюда поскорее. Именно в эти дни, в этот период хотелось только одного — спокойствия."

"Церемония прошла на чудесной панорамной террасе, где под сопровождение струнного квартета Иван с Алёной в назначенный день произнесли свои клятвы и обменялись кольцами.

Затем последовали поздравления, пожелания, танцы, веселье, торжественный ужин в ресторане «Опера», который был уменьшенной копией парижского театра Opera Comique. Гостей закружило в эйфории праздника, и, наверное, только одна Катя наблюдала за всем сквозь вуаль грусти и угнетения. Изысканные блюда французской кухни оставляли равнодушной. Вина, которые могли впечатлить даже самого искушенного сомелье, не впечатляли.

Улучив удобный момент, Шаурина вышла на террасу, чтобы чуть отстраниться от всеобщего веселья. На улице стемнело, территория замка зажглась россыпью фонарей. Воздух наполнился ароматом ночных цветов. Увидев у белоснежного парапета Маргариту, хотела уйти, но женщина уже заметила ее и махнула рукой. Игнорировать этот жест было невежливо, поэтому подошла к ней, смиренно вздохнув.

— Как красиво здесь, правда? — восхищалась Рита, очарованная красотой открывающегося с площадки вида.