На краю неба

И не только свою свадьбу обсуждали, но ее с Димой предполагаемую. Смешно им, конечно. А ее достали эти шуточки. Спасибо Крапивину.

Через пять дней… Он сказал, что приедет через пять дней, а ей не верилось. Когда надежда и ожидание горят в душе, крылья за спиной появляются, а их у нее не было. Хотя какие тут крылья, когда который день лежала к постели придавленная. Ни насморка, ни кашля, только температура держалась, бросало то в жар, то в холод, и кости ломило. Выкручивало. Словно через мясорубку пропустили.

Голод выгнал из постели. Выбравшись из-под одеяла, спустилась на кухню.

— Привет.

— Ой, пап, привет. Не надо, не целуй меня, я заразная, — отклонилась, но Денис все равно поцеловал ее в щеку и тепло прижал к себе.

— Зараза к заразе не пристает, — засмеялся и уселся за стол. Хлопнул по стоящему рядом стулу: — Садись, Екатерина, хоть поговорим с тобой, а то ты вроде у нас, а вроде и нет тебя. Так же нельзя.

— Папенька, я сейчас страшно болезненна и невнятна. Со мной бесполезно разговаривать.

— Ни за что не поверю.

— Придется. Будешь чай?

— Буду.

Пока Катя наливала чай, Шаурин ответил на звонок охранника.

— На, — передал ей трубку, — Паша говорит, там тебе цветы снова прислали.

— Павлик, ну что? — чуть раздраженно спросила Катя. — Не принимаю я цветы, сколько раз говорить. Отошли этого курьера с его букетом. Что на карточке написано? Отошли, я цветы и подарки не принимаю. Всех вон! — Вернула телефон и поставила на стол чашки с чаем.

— Восьмое марта уже давно прошло, а ты все букеты получаешь.

— Задолбали они меня со своими букетами, — проворчала Катерина и устроилась за барной стойкой, плотнее запахнув полы теплого халата.

— Как это задолбали? Женщины без цветов жить не могут.

— Представь, папуля, это не про меня. Я прекрасно живу и дальше жить буду. К тому же, это не мне цветы, а тебе.

— Я тут причем?

— Ты что не понимаешь? Цветы-то не на мой адрес присылаются, а сюда. Чтобы ты поклонника заметил и оценил, так сказать, по достоинству, по размеру букета, — усмехнулась.

— А может там чувства, нет? Может ты им или ему действительно нравишься. Разве не может такого быть?

— Может. Но твои денежки, папенька, им нравятся гораздо больше.

— Это зря.

— Конечно. Мне как восемнадцать стукнуло, все с катушек послетали. Местное высшее общество интересует теперь только один вопрос: сколько ты мне отписал.

— Много.

— Вот. Никто ж в этом не сомневается. Я ж золотой ключик к решению всех проблем. Папочка меня не бросит, Ванечка не оставит. Ты совсем, я смотрю, бдительность потерял.