4
0
— Рустам вообще не должен ни к детям, ни к женщинам подходить! — гневно бросает она, делая еще глоток из бокала.
У нас печальная история на троих.
Алёна его бывшая невеста. Без повода приревновав ко мне, он в своё время еë избил, изуродовал. И вот он из этого странного псевдо-треугольника выбыл. А мы вдвоём остались. Как друзья. Как коллеги. Как неслучившиеся родственники, но родные души.
Сейчас у Аленки всё хорошо. Свадьба на носу.
А вот у меня нет невесты. И если мой ебнутый брат окажется в этой странной гонке по рождению наследника быстрее, то «Спарта» перейдёт под его руководство.
Такова воля отца.
— Ой, Бессо… Знаешь, что? А давай я тебя запишу к девочке, у которой я по иглоукалыванию училась. Она, конечно, тебе никакого «хеппи энда»… — прищуривается многозначительно Аленка, — не организует. Но она бесподобный массажист! Как она чувствует тело… — вдохновлённо. — Как пианист свой инструмент! Отремонтирует тебя, гарантирую. Тем более, она из «наших». Правда — дорого.
Да черт с ним — с «хеппи-эндом»… Этот товар как раз бросовой.
— Запиши, будь добра. Если получится — на сегодня.
Аленка погружается в переписки. Закидывая пластик жвачки в рот, ухожу в душ.
Может, небо мне хоть массаж путевый пошлет?
Глава 1 — Послала, так послала…
Жаль, что на дому Ильясова А. не принимает. Даже за премиальные. После массажа хотелось бы просто вырубиться.
Кручу в руках её визитку.
«ТОТ — телесно-ориентированная терапия». Не просто массажист? Окей. Аленка плохого не посоветует.
Её частный кабинет тоже в центре города, недалеко от меня. Как раз посередине, между моим домом и «Спартой».
Прогуляюсь…
Машину оставляю на парковке. Коньяк немного кружит голову.
Красивые кованые перила и лестница в цоколь. Лаконичная табличка на английском. Нажимаю на звонок домофона с видеокамерой. Дверь открывается.
Зеркало, гардероб…
— Бессарион? — тихий грудной голос.
Отыскиваю взглядом его источник. Девушка стоит в тени.
Залипаю на взглядом на выраженных ключицах. Между ними медальон на цепочке в виде месяца. Это красиво…
Под женственной белой маечкой — пышная грудь. И вместе с ключицами… Сглатываю слюну, вспоминая, что я голодный до умопомрачения!
— Да, — опомнившись, поднимаю взгляд ей в глаза.
Вау… Дыхание на мгновение перехватывает. Яркая, уверенная, роскошная!
Интересно, сколько тебе платят за хеппи-энды?.."
"Что-то есть в ней восточное — скулы, дерзкий взлёт бровей. Но глаза светлые… А губы такие трепетные, тёмные, испещренные глубокими морщинками… Кажется, прикусить и кровь брызнет.
Внимательный глубокий взгляд в мои глаза.
Мне становится немного неловко за свои мысли.
