Не проси прощения (СИ)

Посмотрел на здоровенный пакет, который она поставила возле стены, чтобы закрыть квартиру, вздохнул и взял его в руки.

Тяжёленький…

— И как ты собиралась это тащить? — возмутился Виктор, но тут же замолчал, поскольку Ира в этот момент закрыла входную дверь и обернулась.

Аккуратно уложенные тёмные волосы, ярко-красная помада на губах — неожиданно словно чуть более пухлых, чем пару дней назад, — выразительно подведённые глаза, чёткая линия бровей, над одной из которых — три серебряные снежинки…

— Это в честь Нового года, — хмыкнула Ира, поняв, куда смотрит Виктор. — Долго сомневалась, думала — вдруг будет смотреться по-детски.

Но потом решилась. Плевать! Могу я отдохнуть или нет?

— Если хочешь, перед приездом переоденемся, — серьёзно ответил Горбовский. Он думал предложить это чуть позже, но решил не откладывать — момент был подходящий. — У меня с собой костюмы Снегурочки и Деда Мороза. Мне, конечно, больше подошёл бы костюм оленя, но я не смог его купить. Разобрали.

Губы Иры задрожали от сдерживаемого смеха:

— Почему оленя? Рога-то из нас двоих у меня.

Виктор не знал, радоваться ли ему, что Ира способна шутить на такую тему, или всё же огорчаться, что относится к себе настолько уничижительно?

— Дело не в рогах, Ириш, — сказал Горбовский так же серьёзно.

— Из парнокопытных мне больше подходит костюм козла, но сейчас же Новый год. А новогодний атрибут — олень. Но увы, в магазине были только Дед Мороз и Снегурочка. А, ещё эльф, но он какой-то неприкольный. Ненашенский.

Ира рассмеялась и даже чуть порозовела, что сразу преобразило её лицо, сделав его ещё более выразительным. И молодым.

Вот такая — с весёлой улыбкой и смехом в глазах, она была безумно похожа на себя в годы брака с Виктором.

И как можно было променять её на Дашу? Сейчас Горбовский ни за что не поступил бы так, даже если бы какая-нибудь «Даша» сама упала к нему в постель. Нашёл бы силы отшить.

— Это подарки? — Виктор кивнул на пакет в своих руках. — Или ты, не дай Бог, салаты с утра сидела рубила?"

"— Нет, разумеется, — фыркнула Ира. — Там, насколько я знаю, Людмила Игнатьевна с Мариной расстарались. Хотя Андрей Вячеславович предлагал заказать доставку, но ты же знаешь свою маму — любит она готовить. Вот они с утра и сидят, кашеварят.

Марина только отлучается Улю кормить, а в остальное время наша внучка на Борисе.

«Наша»…

Господи, какое прекрасное слово. Самое лучшее. Но в их ситуации мало что значит. Просто местоимение, не более…

— Пошли, — вздохнул Виктор, перекладывая пакет с подарками из одной руки в другую. — А то я есть уже хочу зверски. Интересно, что они там наготовили…

Горбовский прекрасно знал что — сам составлял меню. Совместно с отцом и матерью, но сам.

Однако Ире об этом пока лучше не рассказывать.