Неподчинение

Такие как ты, начинают жизнь в грязи и нищете и умирают так же, точно паскудные псы.

Злость ослепляет, я уже плохо слышу, что он говорит. Про фирму, про то, что Динар никогда бы в жизни не догадался довести свою жену до психушки, если бы не идея отца — все это прячется за вспышками неконтролируемой агрессии. Я теперь понимаю, почему Таир тогда подстрелил Рогозина, ради Аськи. Вынимаю пистолет, громко щелкает затвор, поднимаюсь, сокращая дистанцию между мной и Бикбаевым.

— Придурок, спрячь пушку, здесь везде камер…

Выстрел, короткий и громкий, обрывает фразу. Аккуратная красная точка на лбу, и вот уже нет больше никакого мэра, только тело, точно восковая фигура. Одним уродом меньше.

— Блядство, — выругался Таир, — надо здесь прибраться.

Помещение с камерами я нашел быстро, действовал на автомате, уже ни о чем не думая и не жалея. Я не мог поступить иначе, и если успею, то и Динара утащу за собой на самое дно. Никто из них не уйдет безнаказанным.

Мы прибрались, стирая отпечатки, вложили пистолет в руку Бикбаева. Конечно, на самоубийство это ни черта не походило, да мы и не старались. Я был готов, если за мной придут.

Мы вышли на крыльцо, вот-вот должен был забрезжить припозднившийся августовский рассвет. Хотелось курить, но не здесь.

— Обещай, что приглядишь за девочками, когда все выяснят, — попросил Таира, он чертыхнулся, но кивнул, а что ему ещё оставалось? Я не собирался впутывать его в это преступление.

Мы спустились с крыльца, камеры уже не работали и можно было смело пользоваться парадным выходом. Но до ворот так и не дошли, на лавке возле выключенного фонтана обнаружилась незнакомая темная фигура. Мужчина встал, Таир яростно выдохнул:

— Так, а это ещё блядь кто?

Но я его сразу узнал. Отец.

— Ну вы как дети, — укоризненно головой покачал — наследили везде.

— Спокойно, — предупредил я Шакирова, а сам к отцу подошёл. Сказал, что помогать не будет, так какого хрена он тут, на охраняемой территории сидит, пряча руки в карманы дурацкого серого плаща?

— Посадить пришел?

— За воротами черный седан, ключи в замке. Поезжайте и постарайтесь нигде не засветиться хотя бы на обратном пути.

Таир молчал, все ещё не понимая, что происходит, но меня волновало совсем другое.

— Зачем?

— Внучке привет передай, — по-своему ответил он на мой вопрос и двинулся в сторону мэровского дома — дворца.

И сейчас, спустя почти двенадцать часов после смерти Бикбаева, единственным человеком, которому я готов признаться в своем преступлении, была Зай. Я просто кивнул, когда она повторила в очередной раз:

— Ты или нет?

Получив ответ, она помолчала, глядя поверх моего плеча, а потом заявила:

— Динара я вам убить не дам.



Глава 39. Динар

Глаза чесались.