Неподчинение

Девочку сторожат отдельно.

Я поморщился — моя принцесса. Смешно. Однако через несколько дней без новостей — а Сашка заступал на смену только через неделю меня доконала. Зай выезжала из дома всего раз — в салон красоты. Я мозг сожрал себе представляя ужасы, которые там могли твориться.

Обзывал себя придурком. Сколько лет прожил, по сути, мозги должен был нажить, однако в воскресенье стоял на тихой улице элитного района Зай. Ночь. Динара нет, я видел, как он уехал — теперь раньше рассвета не вернётся. Сигнализация не будет работать с двух до трех ночи, об этом позаботился Сашка. Камеры в это время тоже будут транслировать заранее записанную запись. Ключ у меня в кармане. Лезть туда — слишком глупый риск. Но я отбрасываю сигарету и упрямо иду вперёд. У меня есть час — час это чертовски много.

— Идиот, — шёпотом выругался я.

Ступил в тень забора — не хватало чужих любопытных глаз. Добрался до неприметной калитки для прислуги, именно от неё у меня ключ. Замок послушно провернулся, но дверь не открылась — добросовестный сторож запер её на засов.

Шагнул назад, осмотрел забор. Завитушки на стене вовсе не красоты ради — симпатичный аналог колючей проволоки. И забор высокий… Но я далеко не всегда был владельцем пусть и небольшого пока, но собственного бизнеса и спортивного центра до кучи. Были в моей биографии и куда более позорные страницы, и перелазить через чужие заборы мне не впервой. Когда мама заболела, мне было пятнадцать. И я воровать, убивать был готов, только бы не таяла на глазах без лекарств, которые так дороги. Убивать, к счастью, тогда не пришлось, но воровал — было дело. Убивать меня научили позже.

Поэтому сейчас поискал себе место дислокации — у калитки моя двухметровая фигура слишком в глаза бросается, а вот чуть дальше высажены туи — прикроют. Подпрыгнул, ухватился за верхнюю кромку высокой стены забора, подтянулся, перекинул ногу, едва не напоровшись на торчащий металлический штырь. На дороге фонари светили, а в саду чернильная тьма. В неё я и спрыгнул.

Ещё одно из моих умений — я умею не орать, когда больно. Сейчас оно мне очень пригодилось, потому как свалился я прямиком в куст роз. Десятки мелких шипов впились в одежду, ладони, обнажённые участки кожи, а местами пробились и сквозь ткань. Я стиснул зубы — не так я себе героическое свидание представлял, и выбрался из куста.

Надо будет запомнить — в этом месте через забор лучше не лазить.

Дом был тих. Я прекрасно знал, где комната Зай. Войти через кухню, подняться на второй этаж. Дверь в кабинет охраны приоткрыта — доносится тихий храп. Отлично. Ни одна ступенька не скрипнула под моим весом.

И только перед дверью Зай понял, что ни хрена ничего не продумал.