Невеста из магической лавки

"

"— Должен предупредить, — остановился Редмонд, прежде чем дотронуться до артефакта на калитке, который должен был известить о нашем приходе. — Луиза и Оливер, так зовут моих деда и бабушку, весьма эксцентричные личности.

Серьезный вид дракона насторожил. Надеюсь, его родственники не любители человечины. Это, конечно, запрещено, но кто знает… Я много жутких историй вместо сказок на ночь слышала от отцовского слуги про то, как некоторые драконы в древности верили, что съеденная на завтрак девственница улучшает мужскую силу и продлевает жизнь на несколько столетий. А впечатлительные люди даже добровольно приносили невинных красавиц в жертву, чтобы задобрить высшую расу.

— Мне стоит их бояться? — уточнила я на всякий случай.

— Нет! — удивился моему вопросу Редмонд и замахал головой в стороны, будто я сказала какую-то глупость. — Они самые безобидные старики на свете. Просто их поведение может показаться странным, оно не вписывается в привычные правила поведения высшего общества, они не любят соблюдать этикет и много чего еще творят странного, сильно не удивляйся.

Мне хотелось сказать дракону, что я умею держать лицо в любой ситуации, но он уже нажал на артефакт.

Послышались шелестение и непонятные звуки. Артефакт оказался простейшим артефактом связи. В замке моего отца такие использовались для вызова слуг.

Но то, что мы услышали, было отнюдь не голосом дворецкого или кого-то из работников поместья.

Нечленораздельные звуки заставили покраснеть, меня бросило в жар, и я с трудом сдержалась, чтобы не заткнуть уши, как маленький ребенок.

Довелось мне как-то пройтись поздно вечером по одной злачной улице Альрена, известной своими домами утех.

Стыдно стало не только мне. Редмонд досадливо поморщился и прикрыл глаза. Выругался одними губами и отключил артефакт.

— Прости, — тихо сказал он. — У них сейчас что-то вроде второго медового месяца, после ста лет совместной жизни они совсем…

Он явно хотел сказать «сошли с ума», но не стал говорить плохо о родне.

— Оливер, Луиза! Это ваш любимый внук!

Послышался грохот, словно кто-то упал на пол. Пыхтение и другие непристойные звуки сменились на неразборчивый шепот, и весьма молодой женский голос пропел:

— Внучок, родненький! Уже открываем!

Калитка тут же распахнулась.

— Только после тебя, — ответила я на приглашающий жест Редмонда пойти впереди. Ну его, с этими родственниками.