7
0Она была ею меньше суток, более того — она и называться-то так недостойна…
Я не знаю, где она сейчас, что с ней, как ее дела, и выяснять не собираюсь, но дышать с ней одним воздухом как-то приятнее. Он вкуснее, воздух этот, в нем больше жизни.
И самое главное — теперь есть небольшой шанс, что где-нибудь ее просто встречу. Я не буду останавливаться, пройду мимо, но хоть одним глазком, всего раз обласкаю очертания ее фигуры, лица… Может быть, даже уловлю тот неповторимый аромат ванили, который вечно вокруг нее витает. Специально искать свидания, разумеется, не буду.
Слышу слева цокот каблуков по тротуарной плитке. В полуобороте замечаю, как на меня пялятся девчонки лет двадцати. Поворачиваюсь к ним и по привычке ищу во взглядах то самое пренебрежение, которое обычно появлялось, когда видели мое родимое пятно. А пренебрежения-то и нет… как и родимого пятна.
Через месяц после того, как я уехал из России, меня сбила машина. Сам виноват, нечего гулять по проезжей части изрядно подшофе, и раненая душа тому не оправдание. В целом мне повезло — отделался ушибами и ссадинами, умудрился ничего не сломать, наверное, потому что был пьяный. Но лицу всё же досталось и сильно: удар пришелся как раз в район родимого пятна, больше половины его просто счесало. Повезло, что в Майами отличные пластические хирурги. Мне настойчиво рекомендовали убрать пятно совсем, на что я в итоге и согласился. Пара операций, и моя левая щека вдруг стала такой же гладкой и красивой, как правая. После всего, что случилось, я каждое утро смотрюсь в зеркало и не верю, что я больше не урод.
Я теперь мужик что надо, я теперь почти красавец. Жаль, внутри по-прежнему ощущаю себя таким же, каким был. Никакая пластическая операция этого не исправит, если только хирурги вдруг не научатся оперировать души. Моя в этом крайне нуждается.
До сих пор в каждом заинтересованном женском взгляде ищу подвох и, наверное, всегда буду. Вот и сейчас хмурюсь, отворачиваюсь от симпатичных девчонок, сажусь в машину.
Разрыв со Златкой уверенности в себе явно не добавил.
Эта девчонка вообще совсем разрушила веру в то, что могу хоть кому-то понравиться по-настоящему, не за деньги. Она жила со мной очень долго, я был с ней максимально нежен, максимально щедр. Черт, да я любил ее так, как думал, что никогда никого не смогу полюбить! Я отдал ей всё, что у меня было, но этого оказалось недостаточно. Не хватило. Она не смогла полюбить в ответ, не смогла довериться. Значит, есть во мне какой-то особый изъян, какая-то червоточина. Знать бы какая... и можно ли это исправить.
«Заткнись!» — приказываю сам себе.
Такие мысли до добра не доводят. Такие мысли доводят только до ближайшего бара, где я накачиваюсь виски и плюю на все дела. Подобная жизнь мне осточертела, я хочу нормальную.
