Невинность в жертву

— Ми-я, — шипит она одними губами.

Её лицо бледнеет, обволакиваясь злой пеленой, волосы дыбом становятся, а глаза презирающе прищуриваются. До нее доходит понимание, по какому случаю нас всех здесь собрали, да еще и с таким “вежливым” приглашением.

Меня раскрыли! Я облажалась. Теперь нам всем конец.

Она не может сейчас высказать мне дословно то, как она меня корит и ненавидит за прокол, но это можно понять без слов, взглянув в искаженное ужасом лицо.

Я по-прежнему сижу как статуя, не в силах пошевелиться, пока Айдаров жжет в моей груди ненавистным, презирающим взглядом дыру. Столько ненависти и злости я еще никогда и ни у кого не видела. Я словно столкнулась один на один с чудовищным демоном, у которого нет души, нет ничего человеческого, а вместо сердца раскаленный камень.

Из его груди, которая бурно вздымается, вырываются рваные хрипы. Наверно так рычат черти в аду, вынося грешникам приговор.

— Поубиваю.

Палец Айдарова медленно давит на курок, я зажмуриваюсь, готовясь принять смерть, как вдруг мама на карачках бросается к Айдарову и виснет на его ноге, крепко обнимая:

— Прошу вас! Господин! Смилуйтесь! Смилуйтесь… Я всё объясню.

— Отцепись, — брезгливо встряхивает мать как щенка.

Охранник хватает маму за шиворот и оттаскивает на место.

— Дрянь, — одними губами шепчет она мне, пока на нее никто не смотрит. — Ты облажалась. Ты нас погубила…

По моим щекам катятся горькие слёзы.

— Вы все умрёте, — рычит он, сузив свои страшные глазища. — Хотели меня лохом выставить?! Плюнули в ту руку, которая вас кормила!

— Я скажу вам правду, господин! — мать снова бросается в атаку. — Элечку, её…

Что же она скажет?

Тут и так всё ясно.

Глупая была идея, безнадежная.

Мы смертники.

— Её изнасиловали! Прямо за пару дней до свадьбы.

О, Боже!

Мама!

Ты что… городишь.

— Что?! Имя! Кто это сделал?

После этого заявления Рустам еще пуще вышел из себя.

— Это… — мать вздыхает. — Водитель наш. Вячеслав. Он засматривался на нашу Элечку, а потом опоил её чем-то, изнасиловал и сбежал.

— Сука!

Бах!

— А-а-а-а! — мы хором кричим, Айдаров выпускает пару пуль в потолок. Штукатурка сыпется нам на головы, уши разрывает жуткий звон от стрельбы.

— Если ты, дрянь такая, врешь опять, я с тебя шкуру сдеру и на заднем дворе своего дома закопаю!

— Не вру, не вру, не вру! Богом клянусь! Этот ублюдок давно хотел заполучить одну из моих дочерей! Но когда я уволила всех охранников, из-за банкротства, и мы остались без защиты, он воспользовался этим… Обесчестил мою Элечку! Моё сокровище, девочку мою драгоценную! Вы можете сами проверить — врачи подтвердят. Потому что у моей Эли теперь большие проблемы со здоровьем!

Айдаров опускает пистолет, шумно выдыхая.

— Простите нас, умоляю. Это случилось за пару дней до свадьбы.