Обещать – не значит развестись

– В номере поговорим.

Он не повышает голоса. Я бы даже сказала, говорит тихо, спокойно, насколько вообще позволяет его бас. Но меня пробирает до костей. Именно в этом тихом и спокойном тоне столько властных нот. Так обычно говорит папа со своими подчинёнными, и они понимают его сразу, потому что знают – иначе будут последствия.

Вот и я затыкаюсь. Обрываю себя, хотя внутри меня негодование продолжает кипеть и ещё много чего мне хочется высказать. К счастью, лифт приезжает быстро, так же быстро доставляет нас на второй этаж. Я выхожу первая, взглядом ищу указатели с номерами, но, прежде чем успеваю сориентироваться, Дикарь командует, куда идти.

– Налево, и до самого конца, наша дверь третья от окна с правой стороны.

– Ты здесь бывал?

– Угу. По работе доводилось."

"Я оглядываюсь, снова оцениваю его внешний вид и почему-то решаю, что он какой-нибудь строитель. Скорей всего, работал на этом объекте, а сейчас работает у папы. Может, он один из тех строителей, что делают ремонт в папином загородном доме? Прищуриваю глаза, прохожусь взглядом по мощной фигуре. Ну точно строитель! Какие-нибудь мешки с цементом таскает. И ко мне наверняка с работы приехал, вот и выглядит не пойми как.

Открываю дверь, пропускаю дикаря с Владом в номера. Пока папин рабочий, словно заботливая мамочка, укладывает храпящее тело на кровать, я рассматриваю интерьер. Здесь стильно. Чисто и, что удивительно, уютно. Картины, красивые вазы. Мне здесь нравится, я была бы не против останавливаться в таком отеле.

– Убедилась, что с твоим дружком всё в порядке?

Вздрагиваю от неожиданности и как-то растерянно киваю.

– Пошли тогда.

Дикарь берёт ручку и чистый листок бумаги, что лежат возле телефона и пишет: «Номер оплачен до 14.05. Не за что».

Даже здесь он позволяет себе проявить наглость. Ну что за человек такой? Никогда не понимала, как люди, ничего из себя не представляющие, корчат не пойми кого. Но в этот раз я сдерживаюсь. Молчу. Сейчас я выйду на улицу, сяду в машину с папиным водителем и уеду домой. Забуду этого дикаря и сегодняшний вечер, как страшный сон. Позже, может, через месяц или два, расскажу Саше, и мы посмеёмся над всей этой нелепой ситуацией. Именно так и будет, а пока надо укрыть Влада одеялом и ехать со спокойной душой домой. С другом любимого я поговорю позже. Узнаю, зачем он ко мне приходил и что за правду собирался рассказать.

Но я не успеваю отойти от Влада, как он распахивает глаза, и пьяно тянет:

– Люба-а-аша.

Влад хватает меня за руку, дёргает на себя (откуда только силы взялись?), я теряю равновесие и падаю ему на грудь.

– Я ща всё расскажу, всё-всё, – бормочет, – только поцелую тебя, ладно?

Глава 3

Не понимаю, откуда в этом полуживом теле взялось столько сил. Потому что вырваться из его захвата у меня не получается.