Оборотень

Вот кто по-настоящему опасен…

– И что же ты, Егор, предлагаешь? – очень серьезно спросил Медведь.

Он и сам давно уже озаботился той же идеей, о которой ему сейчас поведал Нестеренко. Егор Сергеевич был его старинный приятель и, можно сказать, интеллектуальный фундамент той грандиозной воровской империи, которую он, Медведь, начал строить еще в двадцатые годы в Соловецком лагере особого назначения. Там-то он и познакомился с политическим заключенным, академиком Нестеренко.

– Я предлагаю, – все так же тихо говорил Нестеренко, – найти молодого перспективного парня и сделать на него ставку. Он мог бы стать продолжателем нашего дела, а в перспективе – смотрящим всего Союза. Пройдет еще лет десять-пятнадцать – и ты уже не сможешь держать все под контролем. Нас с тобой ждет судьба Брежнева! Ты посмотри: он же живой труп, посмешище! Выживший из ума больной старик не может управлять таким грандиозным хозяйством, как у нас…

Медведь положил нож и вилку.

– Я согласен с тобой, Егор, тебе не надо меня долго агитировать. Я тоже об этом думаю. Но кого? Есть у меня на примете пара-тройка молодых. Здесь, в Москве, в Ленинграде, в Казани. Ты же понимаешь, такой человек должен обладать определенными качествами. А самое главное, чтобы на него можно было положиться как на самого себя.

– Я бы на твоем месте отобрал нескольких кандидатов, Гера.

Присмотрелся бы к ним, а потом начал готовить. Первым шагом могла бы стать их коронация на большом сходе. Второй шаг введение их в элиту. Им можно было бы даже разрешить сделать главную наколку.

– Парящих ангелов? – нахмурился Медведь. – Почетный знак принадлежности к нашему сообществу?

Именно, – кивнул Нестеренко. – Нового лидера впоследствии нужно полностью вывести из тени. Он должен порвать со старыми воровскими традициями и привычками, и стать самым обычным гражданином, о есть, конечно, не обычным, а выдающимся. Неплохо было бы двинуть его по научной или общественной линии, чтобы он стал известным деятелем. Может быть даже и на международной арене.

– Ну, это уже в твоих силах, – усмехнулся Медведь, – ты же у нас академик, экономист-международник…

– Я помогу, – твердо сказал Егор Сергеевич. – Главное, отобрать достойных людей."

"– Мне рассказывали об одном молодом воре в Казани, – задумчиво почесал висок Медведь. – Щербатов его фамилия. Кличка Варяг. Из воровской семьи, в пятнадцать лет уже прописался в «малолетке», но главное не в этом.

Очень неглупый, толковый, у него отличная память, в общем, можно сказать, вундеркинд.

– А лет ему сколько, этому казанскому вундеркинду?

– Двадцать…

Егор Сергеевич покачал головой:

– Совсем зеленый. Нет, не годится. Ты к нему, Гера, пока присматривайся, но ему еще рановато.